Глава 5
Страница 45 из 279
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 5

Страница 45

Первые три лота стоили тех копеек, за которые ушли, а четвёртым вынесли ковш.

Тот самый, берёзовый, с утиной головой, из которого я в первую ночь мысленно поил Дениса перед встречей с очередным Виталиком. Плашку его я знал ещё с той ночи, и теперь она повисла над помостом на весь зал. Кто выпьет, тому до рассвета везёт в сделках, пить не чаще раза в месяц, иначе удача уйдёт, вторая цена — 90 очков. А ниже, для меня одного, висела ещё строка «Именной курс: 160 очков».

— Продаёт Мухин, — объявила Надежда Аркадьевна.

Борис Палыч поднялся на помост в хорошем костюме, и по нему никак нельзя было сказать, что в первую ночь он сидел в ванне с коленками у подбородка.

Подержать ковш перед торгами дали двоим. Первым взял Гладких, кто бы сомневался, и над его ладонью повисло «90». Второй была женщина лет пятидесяти в пуховике и резиновых сапогах, отмытых до блеска, с красными рабочими руками. Ковш она взяла обеими ладонями и первым делом понюхала берёзу. «Хороший», — сказала она сама себе, и над её руками повисло «160».

— Сыр варю, — рассказывала она соседке, хотя та ни о чём не спрашивала. — Козий, у себя в деревне, в Кашине. Раз в месяц вожу сыр в Екатеринбург перекупщикам, на оптовку к шести утра. И раз в месяц меня обсчитывают.

— Двести тысяч, — сказала она, едва Надежда Аркадьевна открыла торги. — Сорокина. Больше у меня нет.

Вот и нашлось имя к именному курсу. Хотя кому ковш нужнее, я понял бы и без всяких чисел. Удачу в сделке он даёт до рассвета, а оптовка в шесть утра, в ноябре, — это ещё ночь.

— Триста тысяч, — бросил Гладких.

Зал загудел. Для всех торг на этом кончился, осталось дождаться молотка, а у меня было своё мнение. Мухин посмотрел на Гладких, на Сорокину и — через весь зал — на меня.

— Боря, — окликнул его из-за своего стола Пашнин в пиджаке жениной работы. — Спроси парня. Он мне ленту в хорошие руки пристроил.

Спрашивать Мухин не стал. Он покраснел, повёл глазами на оцинкованную ванну у своего стола и отвернулся от меня. Старому продавцу с его-то положением было не с руки спрашивать при всём зале совета у приёмщика, который третью ночь стоит на полу, да ещё и видел его в ванне.

— Спасибо, Виктор Семёнович, — произнёс он. — Я сорок лет продаю без подсказчиков. Отдаю Гладких за триста тысяч.

Пашнин только рукой махнул.

— Продано, — сказала Надежда Аркадьевна и ударила молотком.

И над помостом повисло «Передача состоялась. Провёл: Мухин. +90». Мухин отдал ковш помощнику и сошёл вниз.

Сто тысяч сверху Мухин посчитал. Семидесяти лишних очков, которые дала бы ему продажа Сорокиной, посчитать он не мог. Сорокина постояла ещё, сунув красные руки в карманы пуховика, потом повернулась и пошла вдоль стены к выходу, скрипя по паркету резиновыми сапогами.

назадназад
1 ... 43 44 45 46 47 ... 279
впередвперед