— Такелажники мне его в четверг поднять обещали. — Денис пнул станину и поморщился. — Ну, мужики с блоком и верёвками, которые тяжёлое таскают. Ещё на той неделе договорились. А утром звонят, мол, ушли на объект побольше, раньше субботы никак. Всё утро обзванивал, до субботы никого нет. А в субботу тут опечатают.
Лестница из подвала узкая и крутая, и мерить её глазами под такую махину — одно расстройство. Без блока — колеса на крюке, через которое пускают верёвку, — станок по ней не поднять, на руках разве что грыжу на двоих заработаешь. Срок — конец пятницы, а что останется внизу, хозяин здания вывезет как брошенное. Да и мне Денис в четверг и пятницу нужен был свободным, на переезде мастеров, а не прикованным к станку.
А человек с блоком и верёвками у меня как раз был. Номера его, правда, не было, только моему смартфону номер и ни к чему.
— Артём Худяков, — сказал я в трубку.
Вчера в этой трубке выл ветер. Сегодня там было тихо, только где-то далеко внизу шумели машины, и прогноз, выходит, сбылся раньше, чем Артём о нём сказал.
— Слушаю, — отозвался Артём.
— Беляев, Дом быта, — представился я. — Тот, что с «Океаном».
— Беляев! — Артём узнал меня сразу и обрадовался, как родному. — Сбылось. В семь утра ветер два метра в секунду, без осадков, как дед сказал. Соседняя бригада поверила синоптикам и сидела дома, а мы фасад закрыли. Спасибо, выручили. Если что надо — говорите.
— Как раз надо, — не стал я тянуть. — Поднять из подвала станок, центнера в три, лестница узкая, без блока не взять. И успеть до конца пятницы.
— Тяжёлое на верёвках поднимать — наша работа, — без раздумий согласился Артём. — Только сегодня. С утра четверга мы на высотке на Ботанике, раз ветер стих, на всех фасадах разом пошла работа. В пять будем с блоком и верёвками. Дом быта ваш я знаю.
— Сегодня в пять, — повторил я вслух и отключился.
— В пять? Сегодня⁈ — Денис стиснул мне плечо так, что оно хрустнуло. — Макс, ты кому звонил вообще?
— Промышленному альпинисту, — ответил я. — У них сегодня хорошая погода. В пять бригада приедет с блоком и поднимет твой станок, а фургон под него я сейчас найду. — И я уже набирал Эдика.
Тут обошлось по старинке, без всякого оттиска, номер Эдика я ещё утром переписал с борта фургона.
— Фургон? Вечером? — Эдик думал не дольше секунды. — Будет фургон. Только за это ты мне гараж посмотришь, раз ты теперь со стрелкой. Я его как раз разбираю, там чёрт ногу сломит.
— Посмотрю, — пообещал я.
Я бы за такой рейс и сам заплатил, а Эдик ещё и звал туда, куда я напросился бы и без рейса. Он скупает у бабушек всё подчистую, до прищепок, и в гараже у него может лежать что угодно.