Глава 7.3. Очаг
Страница 37 из 44
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 7.3. Очаг

Страница 37

— Мама, тут холодно. Пойдём назад, к дяде.

За спиной у меня заскрипели половицы. Кайден шёл по коридору с охапкой берёзовых поленьев на руках. Он нёс их сам, прижимая к груди, и кафтан у него был в коре и в снегу.

— Отойди от двери, — сказал он.

— Вам нельзя. Вы дали слово.

— Я дал слово не входить туда, где ты спишь. Ты здесь больше не спишь.

Он прошёл мимо меня, опустился перед очагом на колени и сложил дрова так, как складывают люди, которые умеют это делать. Потом протянул руку и взял нижнее полено в ладонь. Он держал его молча, и кора под его пальцами почернела, закурилась и вспыхнула.

Огонь пошёл вверх с гулом. Через минуту на потолке заплясал свет, и лёд на окне потёк по стеклу.

Я смотрела на этот огонь и не могла сказать ни слова. Пять зим я собирала в саду ветки. Я прятала их под юбкой, чтобы не увидел садовник. Я знала по счёту, сколько веток надо, чтобы ребёнок уснул, и сколько, чтобы дожить до полуночи. А ему хватило одной руки.

— Ой! — Мия отпустила мою юбку и подбежала к нему. — Дядя, ты рукой? А меня научишь?

— Научу. Когда кровь уляжется.

— А когда?

— Весной.

Она влезла к нему на колено, как на скамейку, и стала смотреть в огонь. Потом повернула голову и посмотрела на него так же внимательно.

— Дядя. А ты мой папа?

У меня остановилось сердце. Кайден не сразу ответил. Я видела, как у него дрогнула рука на её спине.

— Нет, — сказал он.

— Жалко, — сказала Мия. — Ты тёплый. А папа холодный и говорит «потом».

Она зевнула, сползла с его колена на мою кровать, на голый тюфяк, свернулась там и уснула через минуту, как засыпают дети в тепле. Она ни разу в жизни не засыпала в этой комнате без плаща и половика.

Мы остались вдвоём у огня. Я села на пол, потому что сесть было больше не на что. Он сидел рядом и смотрел в очаг.

— Она спросит это на Совете, — сказала я. — При всех. Ей четыре года, она говорит всё, что думает.

— Пусть спрашивает. Камень ответит раньше.

— А если ваша мать права? Если он не загорится? Я знаю, чья она дочь, я одна на всём свете это знаю, но камню я этого не объясню!

— Загорится.

— Откуда вы знаете?

Он повернул голову. Огонь освещал его лицо с одной стороны, и жёлтый глаз казался совсем золотым.

— Я четыре ночи держу её на руках. Такой крови у Рейнара нет. Такой крови нет и у меня. — Он помолчал. — Я не знаю, что скажет камень о твоём муже. Но слабой он её не назовёт.

Я не поняла его тогда. Я только услышала, что он не знает, и мне стало страшно. Я потянулась к подвеске под воротом, как тянулась всегда, когда боялась, и он перехватил мою руку.

— Не трогай при свете. Окно.

назадназад
1 ... 35 36 37 38 39 ... 44
впередвперед