У Станислава от услышанного даже челюсть отвисла, причем самым натуральным образом.
— Что? Проводить время? — переспросил он. — А-а! Это ведь твоя сестра фамильяр! — теперь-то до него все дошло. Картинка, наконец-то, стала совершенно понятна. — Интересно получается, господин Мирский. Очень интересно.
Сейчас ситуация ему казалась уже не столь однозначно плохой. Наоборот, появились очень интересные варианты развития событий. Для него, конечно.
— … Получается, если мы не договоримся, то… я стану банкротом, а ваша сестра скорее всего сойдет с ума или даже умрет. Так ведь? — Голицын широко улыбнулся. — Задело? А хотите я вам, вообще, сестру продам? Конечно, за очень кругленькую сумму. Готовы?
Чуть в стороне от старого городского рынка во всю гремела стройка. Слышалась затейливая ругань грузчиков, разгружавших очередную поводу с кирпичом. С другого конца доносились матерки землекопов, копавших траншею водопровода. Совсем срамно ругались плотники, тесавшие золотистые доски пола.
— Лепота, как есть лепота, — зажмурившись от переполнявшего его восторга, снова и снова повторял Сивоха. Похлопывал себя пухлыми ладошками по необъятному животу и шел дальше по стройке. — Такой салон будет, что краше всех во всем городе. Ни у кого такого не будет. Толпой покупатели повалят… Почитай, почти сто тысяч целковых отвалил…
А что такого? И пусть, что баснословно дорого для нового магазина в самом дорогом месте города! Еремей Аристархович, купец второй гильдии, может себе позволить! Чай, не голытьба из первой гильдии, а скоро уже в первую пригласят.
— Пригласят, обязательно пригласят. Как миленькие позовут, — довольно хмыкнул он в густые усы. Мысль о скором пожаловании нового звания «купец первой гильдии» приятно грела его душу. И сомнений даже в этом не было. Уважаемые люди его об этом предупреждали. Мол, так держать Еремей Аристархович, скоро совсем важным человеком станешь. — Вот тогда заживу… Всех подомну…
Поднял к лицу волосатый кулак и несколько раз внушительно тряхнул им. Вот, мол, где вы у меня будете. Еще и грозно брови сдвинул, словно чем-то недовольный.
Остановившись у хибарки для грузчиков, где они столуются, Сивоха подбоченился. Попробовал брюхо втянуть, чтобы стройнее казаться. Стал в кусок зеркала смотреться, что на стене висел. И так повернется, и эдак повернется. Наглядеться не может.
— Харрош, — прогудел он, сдвигая картуз на бок. — Купец первой гильдии Ерей Аристархович Сивоха собственной персоной. Во!
В отражении, и правда, сразу видно большого, важного человека. Степенный, весь в трудах и заботах, большими капитала владеет. Не то, что раньше был: парой торговых лавчонок и хилым заводишком только владел, да кучу долгов имел вдобавок. Сейчас все по другому.