— У меня к вам, дорогой барон, новое предложение. Заметьте, очень выгодное для вас предложение, — Голицын даже не пытался спрятать свое издевательское отношение. — Думаю, будет справедливо, если вы будете каждый месяц приносить мне столько же. Вот такой саквояж с деньгами за то, чтобы наши сестры смогли проводить время. Не правда ли, отличная сделка? Ведь, деньги это тлен, господин Мирский. Закончатся, попросите у ваше будущего тестя. Слухи говорят, что у вас появилась невеста? Уверен, шеф жандармского корпуса с радостью одолжит вам нужную сумму…
Двое, очень разные, как день и ночь, шли по улице, привлекая к себе внимание прохожих. На них оборачивались, пристально смотрели, гадая, кто они. Она — смешливая и светлая, как игривая солнечный лучик — едва не вприпрыжку бежала. Рассказывала что-то веселое, сама же и смеялась при этом. Он — темный, угрюмый, словно грозовая туча — шел рядом, быстро переставляя ноги.
— … Рафи, ну ты чего? Смешно же! — Лиза Мирская нахмурилась и с вызовом посмотрела на Рафаэля. Могло показаться, что она обиделась. Но смешинки в глазах девчонки говорило об обратном. Ничего она не обиделась, притворялась. — Ты специально не смеешься и даже не улыбаешься! Я же вижу! Рафи⁈
Парнишка в ответ даже бровью не повел. Лицо как было, так и оставалось каменным.
— Это же, правда, смешная история! Давай я ее еще раз расскажу. Может ты просто не понял. Приготовься, Рафи! — дурачась, она направила на него указательный пальчик. — А то я по-настоящему обижусь.
Счастливо рассмеявшись, Лиза хлопнула в ладоши, и начала свой рассказ о сегодняшнем довольно милом происшествии с ее классной дамой. История, и правда, была довольно веселой и заслуживала, как минимум, улыбки. Но у Рафи даже выдавить ее из себя не удавалось. Слишком уже погано на душе было.
— … Раздался треск и она разом покраснела, схватилась за платье… Ты слушаешь меня?
Парень кивнул. Мол, все прекрасно слышит. Сам же продолжал думать о своих делах, которые даже не думали заканчиваться. Скорее они лишь множились и множились. А он и к этим-то подступиться не знает как.
— Рафи?
Парень вновь кивнул, делая это на привычном «автомате». Он, и правда, не знал, за что хвататься и как делать. Все слишком навалилось. Сначала, эта глупая дуэль, которая ему нужна была, как телеге пятой колеса. Да предложи ему противник примирение, он бы с радостью на это пошел. Сейчас же ему грозит новая дуэль с окончательно взбесившимся здоровяком. И к бабушке не ходи, граф Воротынский теперь из кожи вон лезть будет, чтобы все обставить наиболее показательно и оскорбительнее.