— … А солдатня вся на площади у дворца…
Так примерно у каждого из заводов и выходило. Высоко замотивированная толпа получала стимул и направление к действию.
Вот примерно к вечеру, когда добропорядочные граждане садились ужинать, все и рвануло. Бастующие рабочие, разгромив свои заводские управления и вооружившись чем попало, двинулись к дворцовой площади. По пути переворачивали пролетки, роскошные мобили дворня, громили салоны и магазины. При этом выкрикивали самые разные лозунги — от «Даешь восьмичасовой день!», «Отменить заводские штрафы!» и до «Защитим государя-батюшку!», «Прочь руки от нашего императора!». Словом, сумбур в головах отражался и в их действиях.
А позади всей этой толпы тихонько двигалась небольшая группа с диковинным мобилем, густо укрытым плотной рогожей. Посмотришь со стороны, едет странная телега, груженая какими-то мешками. Рядышком тихо пылили полтора десятка крепких парней весьма решительного вида.
Императорский дворец
Заговорщики…
Время начало клониться к вечеру, и заговорщики, наконец, смогли «выдохнуть». Свержение действующего императора прошло, «как по нотам». Он и его семья были изолированы под надежной охраной из верных людей. Дворец полностью контролировали части столичного гарнизона, возглавляемые заговорщиками. Словом, власть сменилась так быстро, что никто и подумать не мог.
— … Десяток гвардейцев из личной императорской охраны, конечно, пришлось отправить туда, куда им и следовало идти. Но в остальном, экселенц, все прошло без шума и пыли, — с широкой улыбкой на губах докладывал князь Сабуров, сидя напротив великого князя Михаила, главного выгодополучателя заговора. — Мы полностью контролируем дворец, казармы гарнизона. Без нашего ведома никто оттуда и носа не высунет. Некоторым из особо любопытных офицеров пришлось все доступно объяснить.
Развалившийся в кресле, грузный мужчина кивнул. Видно было, что великого князя еще потряхивало от возбуждения. Полные ладони он специально сцепил пальцами, чтобы не было заметно их дрожи. Боялся, получается.
— А, главное, экселенц, империя находится в полнейшем неведении. Для всех ситуация проста и понятна: в столице небольшие волнения, полиция и жандармы постепенно берут город под свой контроль, а император всем этим делом руководит, — Сабуров был просто в восторге от произошедшего. Хотя, поначалу, и он переживал, сомневался, а в какой-то момент уже готовился к казни. — Из дворца не ушло ни строчки, ни звука.
Великий князь, шумно отхлебнув вина из бокала, вновь кивнул. Более или менее успокоившись, начал розоветь лицом, дышать чуть тише.