Она вытаскивает из себя эту хреновину примерно на полметра, и кишка повисает вдоль её бедра.

Далее, девушка наклоняется. Достаёт щупальце, которое выходит из биопринтера и валяется в грязи, а затем подсоединяет его к своему щупальцу, воткнув шип в небольшое отверстие в этой пуповине.

Несколько секунд ничего не происходит, а затем…

Кажущееся мне мёртвым существо оживает. Тварь дёргается, будто по нему пропустили сильный электрический ток.

У него дрожат лапки — эти многосуставчатые приводы. Они, неожиданно, как при судороге, резко сокращаются, выпрямляются, и я замечаю небольшие металлические коготки на их концах.

Затем, существо проворачивает лапки, как на шарнирах, на сто восемьдесят градусов. Упирается им в грязь и поднимается над этой жижей, как на ходулях.

У него, странное тело. Нет головы, глаз. Сразу и не понять, где перед, а где зад, где верх, а где низ.

Всё ассиметричное, как бы размытое, с плавными переходами между деталями.

Если вы представите себе, что-то среднее, между безголовым насекомым, освежёванной тушей псины, с которой содрали кожу, и медведкой в сегментированном хитиновом панцире с причудливым узором на спине, то вы, очень отдалённо, поймёте, на что похож биопринтер.

— Оно, живое? — спрашиваю я у девушки.

— Нет, — отвечает она мне, — оно — функционирует. Это — биомех — биомеханическое устройство. Робот этого мира, чтобы тебе было проще понять. Только у него нет аккумуляторов, процессора, мотора и источника питания в привычном для тебя смысле. Оно работает на биотоках, которые вырабатывают живые ткани на клеточном уровне.

Биомех топчется на месте. Быстро разворачивается, перебирая своими лапками. Резко поднимает вверх остальные щупальца, словно это змеи на голове Медузы Горгоны, и вскидывает две передних лапы, которые, как я теперь заметил, немного отличаются от остальных размером и дополнительными клешнями, как у краба.

— Он может на тебя напасть? — я быстро делаю шаг к Айе, и держу наготове нож.

— Нет! — резко отвечает она. — Замри! Я прохожу через синхронизацию! Жди!

Я останавливаюсь, где стою, и наблюдаю за этим действом дальше.

Судя по искажённому гримасой лицу девушки, и её полураскрытому рту, ей больно. Очень больно.

Щупальце твари и щупальце девушки едва заметно вибрируют, и по ним, толчками, что-то прокачивается. От Айи в тварь.

«Питательная жижа? — предполагаю я. — Кровь? Или, что-то другое? Узнаю потом!»

Секунд через тридцать это прекращается. Щупальца отсоединяются. Щупальце девушки вползает обратно ей в живот, и рана тут же зарастает, а щупальце твари сворачивается клубком и замирает под животом биомеха.