Это наводит меня на мысль, но я предпочитаю подождать, пока голова совсем не выползет из этой щели.

Наконец, края щели схлопываются, и из них остаётся торчать только этот внешний привод, с башкой на конце всей этой конструкции.

Всё ещё жду. Жду первого хода этого существа.

Голова неожиданно вздрагивает. По ней пробегает судорога. Мембрана на этой харе начинает вибрировать. Всё быстрее и быстрее.

Она явно чует мой запах. Стандартная схема для слепых тварей этого мира.

Так проходит несколько секунд. Наконец, мембрана замирает, словно тварь просканировала всё пространство вокруг меня. Башка немного поворачивается на шарнире. Вперивается в меня своими пустыми глазницами и из её био-разъёма выдвигается нечто напоминающее мне штуцер для шланга, только сделанный из мышц, сухожилий и хрящей. Что-то вроде трахеи.

И оно ждёт.

«Похоже на приёмное устройство, — думаю я, — судя по его изможденному лику и заросшей щели, оно уже очень давно не ело, и оно голодно! И я могу его накормить той питательной жидкостью, которая находится у меня в симбионте».

Рискнём?

Что я теряю?

У меня в голове сразу же возникает план. Я знаю, что существо меня не слышит, но, всё же, я ему говорю:

— Я тебя накормлю! Но, если ты пошевелишься, я разнесу твою чёртову башку на части! Ты меня понял?

Башка, по-прежнему, тупо смотрит на меня своими пустыми глазницами. Не шевелится, не дрожит, и со стороны похожа на восковую куклу, с которой стекает чёрная жижа.

Я подхожу к существу вплотную. Перекидываю пистолет в левую руку и приставляю ствол к его голове.

— Только дёрнись! — шиплю я ему.

Одновременно, я приказываю симбионту отсоединить щупальце от моего предплечья и сконнектиться с био-разъёмом этой башки.

Оно подчиняется и присасывается к разъёму.

Вскоре, по щупальцу начинает прокачиваться питательная жидкость и поступать прямо в башку этой твари.

Так проходит секунд тридцать.

— Достаточно! — приказываю я, и щупальце перестаёт кормить голову, но не отсоединяется. — Хочешь получить ещё? Говори!

Я уже представляю себе, как всё устроено в Сотканном мире, и, как я думаю, от этой башки можно будет получить информацию в обмен на корм, который здесь стал некой валютой.

Тварь, конечно, не может поговорить со мной, ведь у неё нет рта, но в этом мире есть некая симбиотическая связь, на уровне слияния разумов.

«Кто ты?» — внезапно раздаётся у меня в голове.

«Странник», — также мысленно отвечаю я существу, стараясь не раскрыть себя раньше времени.

«Ты — игрок?» — неожиданно спрашивает существо.

«Игрок, — отвечаю я, решив, что скрывать это нет причины, — а ты кто?»