«А поподробнее?» — настаиваю я.

«Игроки приходят и уходят, — начинает тварь, — а вот я, остаюсь».

«И тебе всё время нужен корм», — я усмехаюсь.

«Корм нужен всем, — отвечает Эфемер, — даже тебе!»

И ведь прав, сучара! Даже не поспоришь!

«Мы отвлеклись, — я решаю вернуться к прежней теме разговора, — как мне попасть в Поток и остаться в живых?»

«Никак», — резко отвечает мне тварь.

Меня такой ответ жутко выбешивает, и я едва сдерживаюсь, чтобы не выстрелить, и не разнести башку этого урода.

Беру себя в руки. Говорю:

«Что за хрень⁈ Ты же сам мне сказал, что расскажешь, как мне попасть в Поток, а через него и на Свалку!»

«Фишка в том, — произносит тварь таким голосом, будто читает мне лекцию, — что это Поток решает, поглотить тебя или нет».

«То есть, — я едва не ржу в голос, — шансы — пятьдесят на пятьдесят — или сдохнешь, или нет?»

«Да, — соглашается Эфемер, — шансы равны. Разве не в этом смысл игры?»

Я уже готов послать эту тварь нахер. Всё равно этот разговор не имеет смысла, но, что-то меня останавливает. Решаю изменить тактику.

«Расскажи мне про Поток, — настаиваю я, — что это такое?»

«Поток, — тупо отвечает мне Эфемер, — Поток есть Поток. Он везде и, одновременно, нигде. Он всё время меняет своё русло. Течёт. Ускользает. Изменяется».

Этот разговор напоминает мне беседу двух умалишенных, в которой каждый говорит, не слыша и, не слушая своего собеседника. Странно звучит для этого места, не так ли? А ещё я думаю, что эта тварь спецом тянет время, чтобы задержать меня, и подставить под удар очередного монстра.

Я уже пожалел, что я вообще здесь остановился, а не пошел дальше, и уже собираюсь отсюда сваливать, как решаю, что нужно вытянуть всю информацию из Эфемера любой ценой. Хватит быть человеком. В Сотканном мире может выжить только зверь!

Я вдавливаю ствол пистолета в башку твари и говорю ему уже вслух:

— Мне похер, слышишь ты меня или нет! Даю тебе три секунды! Или ты выкладываешь мне всё, что ты знаешь, или ты сейчас раскинешь мозгами!

Харя твари ничего не выражает. Восковая маска. Будто он уже сдох, и смотрит на меня ликом мертвеца. Но моя угроза действует. Эфемер начинает быстро тараторить, и его голос раздаётся прямо у меня в голове, словно он говорит мне на ухо:

«Поток — это такая субстанция — кровь Сотканного мира. Она пронизывает все слои, часть за частью».

«Поток — это — нечто материальное?» — задаю я уточняющий вопрос, начиная догадываться, к чему ведёт Эфемер.

«Это — жидкость, так сказать, — поясняет существо, — ты можешь до неё дотронуться, войти в неё, выйти из неё, если тебе, конечно, повезёт».