– Вот это, кстати, очень интересно и вызывает некоторые вопросы, – профессор обошел меня и встал так, чтобы я могла его видеть. Абелин Барнс скрестил руки на груди и вздохнул. – На вас, леди Пембелтон, лежит печать.

– Печать? – повторила я непонимающе. – Что это такое? – спросила и бросила взгляд на Джарвиса, который, в отличие от меня, кажется, знал ответ на этот вопрос.

– Вы не знаете, что такое печать, миледи? – удивился маг.

Я закусила губу. Ну, конечно же, поняла я, Эдит имеет прекрасное магическое образование. Она точно знала бы, о чем говорит Барнс. Неужели я все испортила?

Сердце пропустило удар.

– Леди Эдит не так давно пришла в себя после затяжной болезни, вызванной магией, – объяснил удивленному профессору Морвил. – К сожалению, она кое–что забыла.

– Хм, – только и сказал Барнс. – Но я не почувствовал никаких следов болезни, тем более, вызванной магическим путем, – он посмотрел на Джарвиса так, что даже мне стало понятно: этот человек что—то подозревает. Возможно, было ошибкой приглашать его сюда?

– Все это очень странно, – продолжил профессор.

– Я пригласил вас определить наличие магии у моей невесты, – почти холодно произнес Джарвис. – Это единственное, что я бы хотел знать.

Абелин немного помолчал, размышляя. Затем, кивнув, приглашенный маг сказал:

– Магия, определенно, есть…

Я едва не ахнула от неожиданности, успев в последний момент опустить взгляд, чтобы не выдать эмоции.

Магия? У меня? Да быть такого не может!

– Но на леди стоит печать, причем очень сильная. И как ее снять я, увы, не знаю. Это работа высшего мага. Смею предположить, что узнаю руку человека, который ее наложил, – продолжил Барнс.

– И позвольте узнать это имя? – стараясь казаться серьезным, уточнил Джарвис.

– Конечно. Магистр Кроули. Фредерик Кроули, если вы слышали о таком, – усмехнулся Барнс.

Я посмотрела на своего нанимателя и поняла: слышал.

– Проклятие, – сорвалось с губ Джарвиса.

Решив еще больше не усугублять ситуацию отсутствием знаний, я промолчала, хотя мне нестерпимо любопытно было узнать, кто такой этот Кроули и, что главное, зачем он наложил печать на девушку из трущоб. Все это казалось нереальным, словно сон.

– Кроули вот уже пять лет как умер, – вздохнул Джарвис.

– К сожалению. Это значит, что никто теперь не знает, как снять эту печать, – согласился Барнс, – разве что ваши, миледи, родственники. Я полагаю, что ее наложили на вас очень давно. В младенчестве.

– У леди нет родных, – тут же заметил Морвил.

– Это усложняет проблему. Но, поверьте, я могу сказать точно одно: тот, кто спрятал магию леди Пембелтон, оказал ей плохую услугу. Но если она временами прорывается, то, возможно, скоро печать сама сорвется. И это может быть опасно, ведь леди не умеет контролировать силу, не так ли?