Ильяс не понял радости:

— Почему? Бензин с любой машины слить можно.

Климович объяснил снисходительно:

— Для «БТ» не всякий бензин подойдет, авиационный нужен. К тому же жрет много, больше литра на километр. С солярой куда меньше. К тому же с дизелем просто летит! 375 лошадиных сил!

Подошел Олег, координирующий действия с пехотой. В бой кроме танкового экипажа шли пятеро бойцов. Двое легкораненых будут контролировать дорогу к селу на случай, если немцы пожалуют. Остановить большую колонну они не смогут, но подать сигнал и сдержать фашистов до того момента, когда на помощь прилетит танк, вполне в состоянии.

Горовцов уговаривал сержанта не лезть на рожон и не соваться на мехдвор с танком. Не верил, что будет толк. На шум боя подтянутся гарнизоны соседних сел, трофейные команды; так что с танком или без него, все равно не уйти. Предлагал просочиться, вырезать охрану кухни, забрать продукты и слить немного соляры, унеся ее в ведрах. И так, тихонько, на своих двоих, отойти в лес, и уж оттуда двигаться к фронту на танке.

Но Олег уперся. Танк хороший, рядом — море солярки. Не может не быть! Надо уничтожить охрану, заправить танк (на все про все — минут двадцать), на хвост подвесить прицеп тракторный (наверняка есть) и с парой бочек и ранеными полететь со скоростью пятьдесят «камэ» в час. Пока немцы расчухаются, за Днепром будем!

Пехота поскребла затылки, переглянулась, но перечить командирам не стала.

Ударили ночью.

В село въехали по дороге, с включенными фарами, да еще со стороны «немецкого» Бреста. Часовой на посту даже мысли не допустил, что едут не «свои». Так и умер с приоткрытым от удивления ртом, когда с проезжающего танка ему всадили штык в горло.

«БТ» сбросил десант, выбрался на дорогу против мехцеха, развернул башню и всадил осколочно-фугасный в окно казармы ремвзвода. В деревенских домах, как выяснили наблюдавшие за селом бойцы, жили только офицеры и унтеры, рядовые ночевали в приспособленном под казарму помещении. Это их и сгубило.

Одновременно пехота единственной гранатой взорвала хату, где квартировали офицеры, переколола штыками рванувших на шум часовых и взялась за второй дом с командным составом. Там, однако, немцы очухались быстро. Выбили окна и открыли огонь.

«БТ» тем временем прошелся из пулемета по окнам цеха, всадил еще один снаряд в дверь («перестраховочка» по словам Олега) и двинулся на помощь пехоте. Со стреляющими из окон немцами Олег заморачиться не стал — приказал таранить дом. БТ разворотил стену и ворвался внутрь. Немцы попрыгали в окна — прямо под пули.