Алнез же огородили себе горные долины к северу от Караэна, вписав стены и укрепления в ландшафт и перекрыв башнями проходы между скалами. Долгобородам есть чему у них поучиться. Их маленькое королевство граничило с Красным Волоком, и, как считалось, они постоянно бьются с тварями, вылезающими из него. С некоторых пор я в это не особенно верил.

Главу семьи Лесан зовут Маэль Лесан. Высокий, костлявый. И скулы такие, что перекрывают тебе весь обзор на его лицо. Его голос — как ветер в зарослях: шепчет, шелестит, но ты всё понимаешь. Маэль никогда не повышает тон. И никогда не повторяет дважды. Если не услышал — значит, тебе это и не нужно было знать.

Глаза у него разные. Один — тёмный, как у всех местных. Другой — светлый, серо-зелёный. По слухам, Лесаны имеют примесь эльфийской крови, и потому у них иногда бывают вот такие странности во внешности. А ещё многие утверждают, что каждый Лесан может видеть во тьме. Сами они это не опровергали.

Одет Маэль неброско — коричневый, серый, вытертая кожа. Его плащ сшит из множества тонких полос материи, будто перьев. Я часто встречался с ним в Золотой Палате — и он был единственным, кто, можно сказать, не носит герба. По крайней мере — не так, как другие. Вот сейчас на перевязи — вышивка: белый двухглавый сокол, один глаз которого будто смотрит сквозь тебя.

Маэль прибыл в лагерь с неплохим отрядом — примерно полсотни всадников. У многих к седлу приторочено редкое для этих мест оружие — длинный лук в кожаном чехле и колчан со стрелами. На лошадях — ни одной звенящей детали. У них не было знамён, не было рогов — только тихие кивки и мрачные силуэты. Их шатры выросли у самого края стоянки, ближе к небольшой роще.

Маэль не стал приветствовать меня громкими речами. Он просто остановился, кивнул и сказал:

— Мы здесь.

Этого хватило.

Рядом с ним ехал наследник Алнез — Гарвин. Зная обе семьи, я почти уверен: они проделали весь совместный путь молча. Я знал его по приёмам в поместье, которые давала Адель — Алнез не такие затворники, как кажется. Просто не любят выходить за свои стены.

Гарвин невысок, но плотен, как утёс. В его фигуре — ни изящества, ни стремительности. Только тяжесть и устойчивость. Руки — будто от долгоборода пересадили. Широкие плечи. Медленные, но точные движения. Лицо — скупое на мимику, поросшее короткой, седеющей бородой, с прямым, когда-то сломанным носом.

На нём — шерстяной плащ цвета бурой земли, застёгнутый на простую серебряную фибулу. Под ним — кольчуга с латными плечами и налокотниками. Щит с гербом — серебряный волк на красном холме — несёт оруженосец. Сам Гарвин держит в руках стяг. Видимо, семейная традиция. На поясе — короткий боевой молот и нож. Оба явно не для парада.