— Что⁈
— Ой, вижу, что не вы! Простите-извините.
«Может быть, на следующую версию сказать ему, что да, дескать, это я и был? — обеспокоенно раздумывал „историк“. — Ох, нет, глядишь, еще начнет выспрашивать детали, обнаружит, что я вру, начнутся подозрения… Или лучше подпоить его?»
— Куда же вы? — спросил сосед взволнованно, увидев, что товарищ поднимается. — Останьтесь! Я же так не вспомню! Может быть, нудистский пляж? Две тысячи четвертый год? А?
Филиппенко постарался улыбнуться:
— Ничего такого я не помню. Так что будем полагать, что познакомились мы все-таки сегодня. Я сейчас схожу к проводнику, куплю пузырь… М-м?
— Нет-нет-нет! Не пью! Никак не нельзя! Ну… я… того… ну, в общем…
Дело принимало для «историка» все более серьезный оборот. Попутчик пялился в его лицо, чесал в затылке и продолжал выдавать версии, одна другой нелепей, так что оставалось только удивляться его памяти и насыщенной биографии.
Решив, что мужичонка сможет его вспомнить, «историк» решил выйти из купе. Наврал про приятеля в другом вагоне и, не слушая горячих просьб остаться, удалился.
В тамбуре он сразу же замерз. Прошелся по вагонам. В ресторане был немалый риск опять увидеть ненавистного соседа или напороться на другого болтуна. Присесть на боковушку где-нибудь в плацкарте? Проводник, конечно, быстро выгонит. К тому же слишком людно, опасно.
В общем, Филиппенко не нашел другого выхода, как запереться в туалете. Посидев в одной уборной минут двадцать, он перешел в другой вагон и снова закрылся в «комнате для отдыха», стараясь не особо привлекать к себе внимание. Было неприятно, но «историк» утешался тем, что до Москвы осталось всего несколько часов, и свобода стоит того, чтобы потерпеть такие мелочи, как запах и необходимость ехать стоя.
В туалетах Филиппенко проторчал, наверно, два часа. Пробыл бы и больше, если бы не станция. Состав — чтоб ему пусто было! — подъезжал к большому городу, поэтому из мест уединения всех выгнали, закрыв их на замок. Решив передохнуть, а заодно надеясь, что все как-нибудь наладится само, «историк» вновь пошел в свое купе.
— А-а! — радостно встретил его сосед. — Наконец-то! Я уж хотел вас искать! Считали, я не вспомню, где вас видел? Нет, не тут-то было! В телевизоре! А? Что? Ведь угадал?
«Час от часу не легче!»
— Только вот не вспомню, что за передача? «Секс с Анфисой Чеховой»?
— Да бросьте! Что за глупости⁈
— На «Битве экстрасенсов»? Уж не вы ли увидели утопленника, когда речь шла о повешенном?
— Не я.
— Так-так… Постойте! Может, «Звёзды в Универе»?
— Это что еще за передача?