Сама лекарица забрав сына, задерживаться не стала и поспешила в родные края.
— Встать! Шагом марш! — заорали унтеры, по команде севшего в седло офицера.
— You’re in the army now, о-о-о, ты теперь в армии… мля, — пропел Градов и сплюнул. — А я оказывается неплохо помню эту песенку и вообще английский. Похоже пересборка мне еще и память улучшила…
21
Андрей, перестав получать взвары от Лукерьи, окончательно пришел в себя только под вечер, когда уже в сумерках колонная рекрутов добралась до постоялого двора — этакая придорожная деревянная гостиница в три этажа с большой конюшней, несколько отдельно стоящих домиков неясного Градову назначения (Баня? Может этакие люксовые номера?), а поодаль виднелась деревня, что видимо являлась основным поставщиком провизии. Скорее всего вести о скором прибытии такой оравы рекрутов были доставлены загодя специальным гонцом, потому как пища для рекрутов уже была готова.
Выставили все те же деревянные ведра с жидким варевом.
Андрей заметил, что их конвоирам из числа солдат поставили посуду получше — чугунный казан, ну а офицерам принесли индивидуально в тарелках, причем, судя по всему, тарелки являлись их собственными, взятые из обоза. Еду им принесли их денщики — личные слуги в солдатской форме.
Цепь с кандалов кстати сняли, хотя сами оковы остались — широкие ржавые браслеты с кольцом.
На полянке неподалеку от постоялого двора, что использовалась в иное время как парковка для транспорта: телеги да кареты, развели костры. Теперь стало понятно, для чего рекрутами в пути при любой возможности собирались дрова. Градов кстати принес свою порцию, что тащил на себе сын Лукерьи.
Конвоиры расположились по периметру. Всего их было около двадцати человек. Они поставили палатки, так же развели костры, только дрова они не сами тащили и не у рекрутов взяли, а им выделили из запасов постоялого двора. Пока четверо спали, один стоял в карауле, глядя в сторону рекрутов.
«В принципе можно пойти на рывок, — подумал Андрей, оценив обстановку. — Пальнут конечно, но если хорошенько петлять, то можно проскочить…»
На ночь как оказалось рекрутов не связывали между собой цепью, так что у горячих голов появлялся шанс на побег, пусть и сопряженный опасностью быть подстреленным часовыми.
То, что за ускользнувшими беглецами отправят погоню, Андрей сильно сомневался. Ночь, лес… да и днем тоже по его следам никого не пустят. Другое дело, как долго удастся побыть на свободе? Ведь информация о беглецах разойдется широко и ради копеечной награды деревенские такого сами изловят и сдадут властям.