«Это я уже проходил, — подумал Градов. — В лучшем случае поймавший меня помещик запишет в свои крепостные, тогда снова можно будет попробовать сдернуть уже по зиме… с новой игрой в догонялки. И то не факт, потому как может всплыть, а при нынешнем императоре подобное самоуправство чревато. Выдаст. В худшем варианте, он меня сразу продаст работорговцам, от которых я и так едва ноги унес…»

В общем бежать в России резона не было, так что Градов постарался устроиться поудобнее на импровизированном матраце — котомки набитого сеном (тоже осталось от сына Лукерьи), чтобы совсем уж на голой земле не лежать, и хоть немного поспать. Но получалось плохо. Устроиться на такой крохотной лежанке, чтобы либо задницы не касалась земли, либо плечо, это надо уметь. И даже кое-как устроившись, заснуть мешал внешний шум. В основном перхание и кашель.

Как видно далеко не всем пошли на пользу прогулки под осенними дождями, люди простудились и вместо того, чтобы хоть как-то их лечить, да хотя бы дать горячее питье — оставили ночевать под открытым небом да на голой земле, если не считать того, что сами люди приспособили под лежанки.

Люди конечно закаленные были, не то, что в двадцатом-двадцать первом веке, но и их железного здоровья не хватило. Не успели их довести до пункта назначения в срок, до холодов и непогоды. И вот результат.

Кроме того наступления сну мешал холод. Костер, конечно, вещь хорошая в качестве источника тепла, но пока одна сторона греется, другая отчаянно мерзнет и приходится постоянно ворочаться. И это у Андрея еще имелся армяк — что-то вроде короткого халата-пальто, но без пуговиц. А у большинства и того не было.

Но большинство измученные долгой дорогой вырубались мгновенно стоило только устроиться на подстилке и не мешал им не холод, ни ветер, ни дым.

Градов спал урывками, скорее даже дремал, потому утром был разбитым. К тому же подняли их еще затемно. Из села заявился священник, чтобы прочесть какие-то молитвы. Он кстати прихватил у одного из бандитов крестик, оказавшегося серебряным.

Двое рекрутов после ночевки стали совсем плохими и буквально не встали. Один из унтеров проверил их на предмет симуляции и доложился офицеру:

— Горячие, господин поручик. Лихоманка у них.

Тот только кивнул и один из его подчиненных — писарь, открыв что-то похожее на папку сделал в своих листках запись. Самих больных отвезли в поселок, чтобы местные их выходили, даже выписали какие-то документы, чтобы потом они смогли самостоятельно добраться до места назначения… если выживут.

Андрей несколько опешил.