— Ладыжин, — сказал я без лишних церемоний, — встань у входа в машинное отделение. Поставь щит. Мне надо, чтобы оттуда никто не вылез, пока я не разберусь.

Он кивнул с отрывистым «Понял», после чего двинулся вперёд. Я повернулся к проводницам:

— Слушайте, — сказал я деловито, — бегом пройдитесь по вагону, без шума и паники, и соберите у пассажиров всё, что похоже на лекарства, травы, настойки, уксус, спирт — в общем, любое средство, что может пригодиться. У нас тут серьёзная проблема.

— Но… — одна из женщин хотела возразить,

— Выполняйте! — рявкнул я достаточно громко, и они спешно закивали, понимая, что дело серьёзное.

У моих ног лежал машинист, бледный и судорожно дышащий. Та девушка, что раньше пыталась его лечить, растерянно застыла сбоку, сжимая пузырёк в руках. Я аккуратно отстранил её:

— Дай-ка осмотрю сам.

На его шее я ощупал странные потемнения, а на груди — слабую пульсацию магического проклятия.

— Да чтоб тебя… — выдохнул я, хмурясь.

Машинист был уже почти без сознания, едва слышно стонал. Я ощутил, что цепочка проклятия уходит куда-то вперёд, по вагону, в сторону локомотива. Значит, монстр уже подключился к поезду и заразил машиниста.

— Скажи, — крикнул от двери Ладыжин, который уже держал барьер у машинного отделения, — что это за тварь такая? Я чую магию, а чёртов поезд набирает ход.

Я мрачно приподнял голову:

— Это Скрежетник. Опасный монстр, способный внедряться в механизмы, особенно те, что связаны с электричеством и движением. Чем дольше он там сидит, тем сильнее становится, высасывая энергию и подпитываясь от машин.

— Проклятье… — выругался Ладыжин.

— Да уж, — усмехнулся я без капли веселья. — И теперь все пассажиры под угрозой. Если этот Скрежетник срастётся с поездом до конца, он может устроить катастрофу. А если у него появится контакт с людьми, результат может быть жутким. Все умрут в муках. И начнут с этого машиниста.

Я сжал зубы, обернувшись к девушке-лекарю:

— Продолжай поить его своим настоем, хорошо? Но здесь нужно мощное противоядие. Мы постараемся его найти.

Она кивнула, хотя сама выглядела бледной.

Тут к нам вбежала запыхавшаяся женщина в форме железнодорожника. На шапке её виднелся потёк засохшей крови, похоже, при экстренном торможении она ударилась головой. Рука сжимала рацию. Сразу видно: начальник поезда. Она окинула зал тревожным взглядом:

— Что… здесь происходит⁈ — спросила она, переводя дыхание. — Я… упала… Кто-то дёрнул стоп-кран? Потом поезд вдруг поехал… Вы кто?

Я коротко, но по возможности внятно, ввёл её в курс дела:

— Мы столкнулись с монстром, который завёлся в локомотиве. Машинист проклят, едва жив. Нужно срочно готовить противоядие или что-то подобное, пока не поздно. И подготовить всё возможное: травы, спирт, — я пересказал, что уже поручил проводницам.