Лина нервно бросала взгляд то на дорогу, то на меня:

— Знаешь, у тебя своеобразный стиль решения проблем: сначала ты говорил, что не надо угонять патрульную машину, а теперь сам…

— Ситуации меняются, — усмехнулся я, перекладывая руку на коробку передач. — Когда Гончая вёл на нас охоту это было чересчур рискованно. Но теперь он у нас в багажнике, а патрульные нам не соперники. Гоним быстрей, и всё.

— Угу, — она нахмурилась и фыркнула, будто не совсем соглашаясь, но я чувствовал, что её ирония во многом от нервного напряжения. — В багажнике… Круто ты его вырубил.

— Что, жалко? — Я усмехнулся.

— Да нет, уж кого-кого, а Гончую я точно не жалею. Просто всё так быстро меняется…

Улицы кишили людьми. Многие выходили из своих домов, чтобы посмотреть, что же там такое произошло в порту. Полицейских было много, но они не совсем понимали, куда бежать — приказы, судя по всему, до них не доходили или были путанными.

— Надеюсь, нас не остановят, — обронила Лина.

— Да кому мы нужны, — процедил я. — Там, впереди, творится такое, что никто не станет заморачиваться одним патрулём.

Едва выехали на прибрежную дорогу, как увидели первые серьёзные разрушения: несколько домов с выбитыми стенами, пламенеющие факелы у обвала крыши. Лёгкие судёнышки, пришвартованные у понтонных причалов, разбиты в щепки и горят. Удалось заметить стоящий бортом пикап Империи с крупнокалиберным пулемётом — он яростно поливал очередь куда-то за край бетонного забора. На фоне яркого солнечного света всё выглядело фантасмагорически: как будто день, а в голове ощущение, что ночь и ад объединились.

— Жесть, — выдохнула Лина. — И это при свете дня… Если б ещё ночь, я бы, наверно, сошла с ума.

— Успокойся, — тихо сказал я.

Пикапы имперцев уже выстроились в ряд, пытаясь создать огневую завесу. Пули с визгом вылетали из стволов, гильзы сыпались на асфальт. Но, подбегая ближе, мы поняли, что всё это, похоже, по большей части бесполезно. И тогда я увидел это чудовище. Мне и раньше доводилось сталкиваться со страшными тварями, но этот наводил особой жути.

Над портом возвышалась громадная зверюга — по форме тело походило на гигантского угря, обтянутого плотной чёрной кожей, а с боков торчали щупальца, напоминающие осьминога. Каждая щупальца имела пульсирующие присоски, испускающие электрические разряды. Он издавал мерзкий глухой рёв, сметал бетонные плиты, опрокидывал цистерны с топливом, которые взрывались, добавляя грохота и огня.

— Ёп твою мать! — еле выдавила Лина, хватаясь за голову. — Это ещё что⁈

— Аглумар… — произнес я. — Или, как мы его называем, Бездновод. Гад морской, который призван из бездны. Если оставить так, он уничтожит всё вокруг. От города ничего не останется, включая небоскрёбы.