— Видели одного Кромешника, видели всех. Внедрение постоянно движущегося механизма в тело — вот единственный способ. Эффективность зависит от многого. Размер имеет значение не всегда. Многие стремятся увеличением размера или процента механизации увеличить эффект. Не самый лучший путь. Умные маги предпочитают делать вставки на основе собственных артефактов.
— Но я не хочу быть…
— А придется, — теперь наемник обращался уже ко мне. — Тень, твоя девушка, как и многие в ее положении, боится потери части красоты. Не стоит. Можно сделать очень красивое включение в исходный материал. Иначе возникнет большой риск. Шенк со своими людьми тоже провели подобные операции. Их новые части тел скрыты под одеждой, почти незаметны. Мало кому во Фрахтале известен этот маленький секрет. Надеюсь, все понятно?
— Что ж, порой приходится идти на необходимые жертвы. Тогда есть вопрос. Интересно, важна ли степень силы артефакта и его сфера применения?
— Сила важна. Иногда у нас люди уровня Гелласа покупают артефакты у Держателей. Старые, конечно, те, чем уровень стал для прежних хозяев уже слишком слабым. Но такое бывает редко. Легче добавить силы знакомому артефакту, чем создавать с нуля новый. Но бывает всякое, — наемник ненадолго прервался. Осмотрел стол, выбрал графин с рубинового цвета напитком и налил где-то с половину бокала. Затем пригубил, оценивая вкус и аромат. — Хорошее вино, советую попробовать.
— Благодарю. Чуть позже.
— Дело вольное. Теперь о применении артефакта. Оно не очень важно. Только если есть желание заранее встроить в себя уже сроднившееся за долгое время оружие.
Понятственно. Что ж, если карты так легли, но неразумно плевать против ветра и бежать на паровой каток с криком: «Задавлю!» Придется модернизировать организм. Как говорят у меня на Родине: «Инновации — ключ к прогрессу». Главное, чтобы здесь это не было таким же откровенным очковтирательством.
Интерлюдия.
Седьмой Слой Фрахталя, сектор Грани.
Раздрай и ужас. Этими двумя словами можно было описать творившееся возле Черного Бархата, ничуть не погрешив против истины. Сами потери после прорыва чужака с его спутницей в Стазис были невелики. Зато моральное похмелье присутствовало всерьез и надолго.
Яргр буйствовал, не в силах сдержаться. Как же, его, такого могучего и всесильного, словно выбросили из сложившегося порядка вещей. Его унизили, на глазах у многих Корректоров поместив в огороженную клетку, словно дикого экзотического зверя! Причем сделал это ни кто иной, как главный клоун и гаер Фрахталя — проклятый Урд, этот друг-приятель столь же ненавистного Шенка.