Главный врач диспансера, которому я чистосердечно признался, для чего это мне надо, сам заинтересовался. Правда, сначала очень сильно удивился. Мне ведь ещё и шестнадцати не было, когда я к ним пришёл. А я уже о диссертации разглагольствовал. И серьёзно так, ха-ха… Но ему понравился мой научный подход к подготовке к первенству и он напросился в соавторы. А мне что? Не жалко. Вот мы и увлеклись. Причём, свою методику я ему не раскрывал.
Молодёжный день рождения, как назвал его папа, прошёл на высшем уровне. Музыка была весёлой, стол нормальный. Не особо разносольный, но нам всего хватило. На «горячее» были мамин трубач и мой с мамой «минтай под маринадом». Минтая в гастрономе было завались, но я взял не с витрины заветренный, а прямо из холодильника. Сам его разделал, порционировал на кусочки, обжарил в духовке, а мама сделала такой маринад, что гости просили добавку, пока всё не кончилось. Причём, я им не говорил, что это за рыба, пока они не вылизали противень. И они были сильно удивлены.
В гостях у меня были: Татьяна Зорина, Людмила Соловьёва, Светлана, Ирка-сестрёнка, Ерисов Андрей, Швед Костя, Гребенников Валерка и Громов Серёжа. С Громовым мы в последнее время зацепились языками по двум темам: переделка «Ноты» и игра на гитаре. Он был не согласен с моей концепцией модернизации «Ноты» и мы пока ещё к консенсусу не пришли. Я изучал, как он мне посоветовал, материальную часть, так как хотел сделать всё сознательно, а не просто «приложит руки».
По игре на гитаре мы с Громовым «закусились» по следующей причине. Он изучал в музыкальной школе классическую гитару, а я всегда бренчал эстраду. Причём сейчас бренчал так себе. Эти пальцы не слушались. Как я это понял? Да элементарно. Пришёл к Сергею отдать том Жюля Верна и увидел гитару. Попробовал на ней поиграть и «фигу с маслом». Ну, во-первых, — подушечки пальцев не выдерживали, хотя струны у гитары были пластиковые, во-вторых, категорически не хотел зажиматься «баре». Стандартные болячки новичков, да.
Сергей предложил взять у него уроки. Я поначалу согласился, но он начал с нотной грамоты, гамм и каких-то «простых» пьес, от которых у меня ум за разум зашёл, когда я стал пытаться читать их. Он даже мне свою гитару старую дал на время. Но «пластик» мне категорически не понравился, да не нравился никогда. Кое-что я вспомнил из ранее игранного, и пальцы понемногу привыкли, но времени на музицирование у меня было мало. Уроки, спорт и работа сжирали всё моё время.
Светлана увидела гитару спросила про неё. Я отозвался о «классике» небрежно и сказал, что куплю себе «нормальную» с серебряными струнами. Вот такую она мне на день рождения и подарила. Оказалось, она выпросила у отца гитару и тот её купил, но попробовала и не смогла своими пальчиками зажать струны. Она училась играть на аккордеоне и резко поняла, что второй инструмент не осилит. Другая метода. Вот и передарила гитару мне. Тем более, что она и не была подарком. А гитара оказалась ладно строящей «Кремоной» со звукоснимателем, и перфекционист Громов её оценил на «хм, неплохо».