Она увидела мой заинтересованный взгляд и сказала:

— Холодно в Москве сегодня и ветер вот и замоталась, как баба снежная.

На вид ей было не больше тридцати лет и для меня, вдруг помолодевшего до шестнадцати лет, она показалось цветочным бутоном. В голове вдруг пронеслась шальная скабрезная мысль:

— Да-а-а… Такую бы на раскладушку повалить…

Мысль то пронеслась, а последствия этой мысли отразились у меня в штанах, гульфик которых расположился как раз под её левым плечом. Да и ворочалась девушка так активно, задевая телом и локтем моё причинное место, что оно, это место, не выдержало, восстало и словно ствол пистолета упёрлось ей прямо подмышку.

— Да, ну, — подумал я, резко отстраняясь и краснея.

Стало так стыдно, что я, опасаясь, что сейчас девушка поднимет на меня насмешливый взгляд и что-нибудь скажет, попытался «затеряться» в толпе. С трудом я протискивался между спин. Так-то оказалось не очень тесно, особенно не между сидений, но третий, как говорится, всё равно лишний, и мне пришлось потрудиться и поизворачиваться, вкручиваясь в относительно свободные пространства, возникающие время от времени. Заодно я пробирался к туалету. К нашему с пацанами удивлению в нашем вагоне имелся рабочий туалет. Почти такой же, как в самолёте. Только без вакуумного всасывания. Вот я и сделал вид, что мне нужно срочно туда.

После Алабино электричка шла «со всеми остановками», а это значит, — останавливалась через каждые' максимум' десять минут и основная масса пассажиров постоянно двигалась, перемещаясь ближе к выходу. Вот и я, поймав, как говорится «волну», с ней в тамбур и выкатился, технично уходя от встречного пассажиропотока.

Однако, добравшись до тамбура, я в туалет не пошёл, так как ещё ничего не хотел, на Киевском вокзале оправились, а уселся на вдруг освободившееся прямо передо мной место.

— Вот лафа! — подумал я, обозначая верх удачливости давно забытым мной словом.

Я подумал, что вдали от тренера и моих товарищей и возбудившей во мне мужские качества женщины можно спокойно поразмышлять о случившемся и как мне жить дальше. Слева от меня сидел дремлющий мужичок лет шестидесяти, передо мной — парень лет двадцати, читающий книгу из серии «Библиотека советской фантастики». Это я прочитал на обложке. Надпись шла по самой её кромке и выделялась в чёрной рамке белыми буквами. Название книги я долго не мог прочитать, но всё-таки умудрился.

— «Купол галактики», — наконец-то прочитал я, когда парень менял позу, вероятно, затёкшего от долгого сидения на твёрдом деревянной поврхности.