— Запомните это звук, — сказал я. — Этот звук подтверждает, что движение было ровным, быстрым и акцентированным, то есть, вовремя остановленным вашей массой тела, ставшей основой катапульты. Помните, как у древних римлян, метательные орудия? Так и тут. Пятка — это только снаряд. И должна вылетать расслабленной, но потом нога в точке соприкосновения с целью на мгновение застывает. Но об этом мы поговорим потом, когда будем изучать удары по-серьёзному. Пока мы изучаем и выстраиваем основу для очень сильных ударов — стойки.

И я ведь сам не прошёл ещё «школу молодого бойца». Сколько я тренирую это тело? Чуть больше полугода. И оно, это тело, только-только стало ползать правильно, по-шотокановски.

Скорость и сила удара, — это одно, а классический шотокан — это совсем другое. И ката я показывал в длинных стойках. Вот мои бывшие тренеры на это и попались. Я предложил на показательных выступлениях для зрелищности показать поединок один против двоих, то есть — нападать на меня вдвоём.

— Думаешь, справишься? — усмехнувшись, спросил Степанской. — Жалеть ведь не будем. По крайней мере, по корпусу я сдерживать удары не стану. Какой тогда смысл в спарринге? И в голову может прилететь не слабо, когда будешь разворачиваться, можешь и нарваться. Не боишься?

— Волков бояться, в лесу не заниматься, — сказал я, вспомнил свою стаю и понял, что уже соскучился. — Можем попробовать сначала тренировочный поединок. На сближение.

— Это как это? — спросил Жлобинский, странно поглядывая на меня.

— Сначала без нанесения ударов, но с попыткой захвата за что угодно. Захватил — победил. Потом с ударами только по корпусу. Потом ногами. Потанцуем, короче.

— Ну, давай потанцуем, — согласился Степанской.

Потанцевали. Я не стеснялся вращаться, и выбрасывать при вращении руки-ноги и это удивило обоих. Вообще-то мне всегда нравился удар ногой микадзуки, который я использовал для блокировки прямых ударов ногами и руками. Это такой отбивающий боковой удар всей подошвой. Его очень удобно делать передней ногой при отходе, или задней при нападении. Сбил удар и шагнул той же ногой вперёд или выпрямил в сторону противника, пробив йоко гери.

Я не скрывал своих финтов в тренировочном бою. Зачем? Нам ли соревноваться друг с другом? Выяснить для себя ху из ху, и ладно. И с тем, и с тем, в своё время я спарринговал. Не боялся. Получал, конечно, не без этого, но и сам было дело доставал. Сейчас я двигался гораздо быстрее.

Ну и знал я их любимые приёмчики и отвлекающие внимание финты. Например, Жлобинский любил вытягивать на себя, разворачиваться и встречать задним ударом уширо или задним боковым ура маваси. Степанской мало работал ногами, а тоже, как и я любил сбивать атаки ударом микадзуки и атаковать руками. Правда, они учились очень быстро.