Честно говоря, я после посещения мастерской и не думал о луках, большей частью сознательно прогоняя все мысли о том, это я ускорил военное дело Египта на несколько столетий.
Хоть формально Мерикара был доволен своей победой, однако признал, что более лёгкий в натягивании лук предпочтительнее во время войны. Можно делать больше выстрелов. А тот, мощный, скорее парадное оружие.
В любом случае, такая трудозатратная вещь вряд ли может стать массовым вооружением, однако, какие-то элитные подразделения без сомнения стоит ими оснастить.
Меня не покидала мысль, что я зря ввязался в это. А с другой стороны, что было бы если бы отказал номарху? Какими словами? Мол, идеи есть, да не про твою честь. Ага.
Есть надежда, что, возможно, эти луки и не приживутся. Может то, что записал Уарсу, потеряется?
Говорю и сам себе не верю. Уж больно радовались и Мерикара, и Хнумхотеп после испытаний. Даже сами лично сравнили все три образца.
Стреляют они неплохо, умеют.
А я в деревне только с пращой тренировался. Мы с ребятнёй на птиц охотились…
Эх, почитать бы, что там Уарсу записал!
Постепенно жизнь при библиотеке стала рутиной. Утром я восстанавливал свитки, потом разминал косточки, делал гимнастику, на которую местные смотрели как на придурь. Мне не привыкать, ещё в деревне так было.
Потом шёл заниматься своими делами, изредка делал конспекты интересного мне, но такое встречалось крайне редко. К по-настоящему ценному в моём понимании у меня по-прежнему не было доступа, хотя с точки зрения храма, мой допуск стал заметно шире.
— Опять сидишь в пыльном зале? Все твои сверстники играют на улице.
Этот приятный голосок принадлежит Анкетсат, великой певице богини. Это она будит меня по утрам своим пением.
Под игрой она имела ввиду сенет, настольная игра с продвижением фишек по доске. Мне она ещё в деревне надоела, не люблю её. А вот кто такие мои сверстники — это для меня загадка. Я тут самый мелкий.
Женщина она не старая, чтобы сех кто младше ровнять под одну гребёнку. Молодая и красивая, но незамужняя. Точнее, вдова, её муж погиб на охоте, его сожрал лев. Поклонники ходят за ней толпами, и будь я постарше, наверное, ревновали бы. А так я в относительной безопасности, хотя пару раз меня пугали, когда отлавливали на улице, пытаясь выяснить какие-нибудь подробности, через которые можно к ней «подкатить».
Мы с ней это обсуждали, и она смеясь сказала:
— Мне ничего от них не нужно. Пусть жертвуют Той, что бежит как стрела, — это эпитет богини Сатис. Её частенько изображают с луком и стрелами, но скорее всего имеется ввиду быстрое течение. — Может быть Владычица небес заставит меня обратить на них внимание.