— Слова твои — истина, брат. Не стоит мешать замыслам богов.
Паводок уже далеко не в пиковом состоянии, вода почти на нормальном уровне. Берега грязноваты, ещё какое-то время не просохнут, но это теперь не так уж важно. Главное, что крокодилы теперь не мешают собирать заготовку под писчий папирус.
Собрал достаточное количество, даже не применяя заклинание, отгоняющее их.
Золотую фигурку крокодила я не стал тратить, пока у меня нет никаких потребностей. Обмазал её глиной, чтобы не вводить никого в искушение, и повесил на шнурке на шею. Мог бы купить чистые свитки, но раз учитель велел сделать самостоятельно, значит, в этом есть какой-то смысл. Я не решился его ослушаться, ведь он легко может проверить, работал ли я над изготовлением листов.
С помощью ножа, одолженного у Пакера, разделал стебли на заготовки, размочалил с помощью более-менее гладкого камня, а потом прижал другим для сушки, выбрав местечко в углу парка.
Всё это время вокруг меня крутился Нефернен, ему было крайне любопытно, чем я занимаюсь. Ничуть не смущаясь поступил по методу Тома Сойера. Правда, платы с него брать не решился, а то ещё влетит от его отца. Да и не нужна мне крыса на верёвочке… Не помню, что ещё подарили герою Твена.
Парень, хоть и ведёт себя хамовато и нахально, оказался смышлёным. Даже подростки в деревне не так быстро приноровились к разделке стеблей. А этот так ловко орудовал не совсем подходящим ножом, что я на секунду засомневался, не занимался ли он изготовлением папируса ранее.
— Афарэх, а когда уже можно снимать камень? — прибегал он каждые пару часов. — Не пора? А теперь?
Из-за него, постоянно порывавшегося испортить процесс сушки, пришлось практиковаться в письме прямо на улице, одновременно сторожа заготовки. Хорошо, что есть тенёк, так что учился в относительно комфортных условиях.
Писать получается у меня пока что не очень хорошо. Если медленно выводить каждый значок, то можно даже сказать, что почерк у меня каллиграфический, но стоит только писать примерно с той же скоростью, с какой пишу привычные фонетические знаки, хоть кириллицу, хоть латиницу, — получается так себе.
Пожалуй, я сейчас даже польстил себе: плохо выходит. Я и сам не могу прочитать потом, что нацарапал как курица лапой.
Даже пошатнулась вера в учительский талант Саптаха — не рано ли мне изучать ещё один стиль письма? Может, стоит приноровиться к иероглифам?
А ведь скорописи-то должно быть два стиля — светский и религиозный. Надеюсь, демотики ещё нет? Она, вроде бы, совсем поздно появилась, рановато для неё. Но я не уверен.