— Какие мысли посетили твою светлую голову? — спросил Собекхотеп, когда шаги и второго лишнего свидетеля, Саптаха, уже не были слышны. Его специально задержали немного, чтобы он не пресёкся с Рахотепом и учеником.

— Это не ребёнок, — ответил Мерикара после недолгой паузы, которую он заполнил отпиванием вина. Он ещё раз пригубил терпкого напитка и пояснил: — Телом дитё, но разумом точно старше своего возраста. Очень кстати этот спор старых братьев по перанху. Проверим, сколько он усвоит.

— Вот! Я тоже об этом подумал! Если он вернувшийся с Запада, то почему забыл божественные слова? Разве пречистые праведные предки не всезнающие?

— На всезнающего он точно не похож. Если бы не тот свиток, отгоняющий крокодилов, я бы даже не обратил на него внимания, — Мерикара опять пригубил вина. — Но вот ты сам представь себя на его месте сейчас. Как бы ты отреагировал? А ещё лучше, представь на его месте своего сына.

— Да. Твои слова — истина. Он точно не ребёнок. А как ловко он ударил твоего воина. И ведь мог так сделать раньше, ещё на рынке, и просто сбежать. Терпел, пока не почувствовал угрозу для жизни.

— Хотел получить подтверждение, кто прислал воина.

Мужчины помолчали.

— С добром ли он вернулся с Полей Иару, со злом ли — хорошо, что не к нам. Пусть Саптах разбирается с ношей, которую на себя взвалил, — подвёл итог разговору Мерикара. — Не знаешь, что по этому поводу думает почитатель Анукет?

— Не посмеет! — сквозь толстые губы проступил оскал. — Брат обещал, что храмы Сатис и Хнума на него надавят.

И опять Мерикара пригубил алкоголь.

Как это ни удивительно, при всей любви к египтян к алкоголю, в их пантеоне не появилось бога вроде Диониса или Вакха. Отчасти его функции есть у богини плодородия полукобры Рененутет, да и то лишь в том смысле, что она отвечает за урожаи винограда. А её изображение на винных пробках вовсе не означает, что она покровительствует попойкам и оргиям.

Тем не менее очень заманчиво связать любовь Мерикара к вину с тем, что он родом из Тернутиса (авт.: от египетского Та-Рененут «владения богини Рененутет», но сами египтяне называли город «Мефкет») . Рененутет его ниути. Достаточно взглянуть на него, как неизбежно появляются ассоциации со змеем. Есть в его внешности и движениях что-то от кобры. Высокий, худощавый, но без сомнений сильный. Тело жилистое, мускулистое. Противоположность Собекхотепу.

— Не будем делать поспешных выводов. Благословен наш край или проклят мы узнаем со временем, — сказал армейский чиновник, вставая со стула.

Уроженец этого нома Собекхотеп не решился уточнять, какой край Мерикара считает «нашим», а вместо этого нейтрально сказал: