– Выходит, даже тогда это была не Мириида… И ты знаешь, – я запнулась, – ты знаешь, кто это? – Конечно, знаю, – фыркнула женщина, – однако этот человек считает, что я ничего не замечаю, потому что он под крылом кое-кого сильного и опасного. Какое глупое заблуждение! – То есть, если я попрошу тебя сказать, кто это, ты скажешь? – недоверчиво уточнила я. – Нет. – Но почему? – воскликнула я, – Кто-то из близких мне людей пытается убить меня, и у него это может получиться… – У него не получится. Довольна? Успокойся, Дафна, выпей еще отвара, – щелчком пальца она наполнила опустевшую чашку, – есть вещи, которые пока нельзя сделать. Есть правила, понимаешь? И им нужно подчиняться. – Я не понимаю… – И немудрено! Ты же перебиваешь и не даешь рассказать, хотя сама же попросила поведать тебе эту историю! – О Триединые, я уже жалею… – Будь серьезнее, – женщина поджала губы, – тебя с самого начала хотели убить, Дафна, и я скажу больше: у них получилось. Опешив, я во все глаза уставилась на чаровницу. – Что ты хочешь этим сказать? – Три века назад ты умерла, Дафна, – тихо проговорила она, – твое сердце остановилось. Ты перестала дышать, и твоя Искра стала отделяться от тела, чтобы уйти на Круг, – замерев, я ошарашенно слушала ее с открытым ртом, – мы пытались тебя спасти, все пытались. Я старалась как могла, но в моих силах было лишь вернуть тебя на время, чтобы дать всем попрощаться. Лучшие Лечащие Земли прибыли сюда тайно, лишь бы помочь тебе, и никто не смог задержать ускользающую жизнь. Твоя матушка отбыла с войском на Ветус, в надежде, что Мириида сможет исправить сотворенное. Но бедняжка даже была не в курсе, что ее в чем-то подозревают. Болотные огоньки вились над головой Вельмы, играя с тенями на ее лице. Солнце, склонившееся к закату, заглядывало в витражные окна, раскрашивая в причудливые блики мою белую блузу. Сердце глухо билось в груди, и я прижала ладонь к коже, прямо там, где быстрые удары ощущались сильнее всего. Однажды оно остановилось. – И тогда пришел он. Юный и разгоряченный, с красными от слез глазами. Он пришел и сказал, что совершил нечто ужасное для остальных, но правильное для него. Ответ вспыхнул в голове сам собой, и теперь мне казалось, что я знала это всю жизнь, просто забыла и не хотела вспоминать. Мурашки пробежали от стоп к щекам. – Фобос… – Фобос. Он сказал, что Темная Матерь давно положила на него глаз и звала к себе на службу. Он противился, не желая отдавать свое сердце оковам Тьмы, ведь ты всегда тянулась к свету, а он тянулся к тебе.