— Профессиональная деформация, Макс, — тихо произнёс суперсолдат, застёгивая куртку обратно, пряча оружие. — Я тебя прекрасно понимаю.

На эту картину я лишь улыбнулся и покачал головой, чувствуя, как между нами установилось ещё одно невидимое связующее звено. Переключив коробку передач, я выкрутил руль, и мы плавно влились в красно-жёлтый поток ночного Нью-Йорка, направляясь в сторону Башни.

(Браслет-репульсорная перчатка)

Лифт бесшумно вознёс нас на жилые этажи Башни. Стоило створкам разъехаться в стороны, как до моих ушей донёсся звонкий женский смех, смешанный с запахом дорогого парфюма и свежесваренного кофе.

В просторной гостиной пентхауса царила идиллия. На диване, поджав под себя ноги, сидела Наташа с чашкой чая в руках, а рядом с ней, активно жестикулируя и что-то весело рассказывая, расположилась Пеппер Поттс. Увидев нас со Стивом, вышедших из лифта с кучей пакетов, Пеппер мгновенно просияла. Она вскочила с дивана и, цокая каблучками по паркету, буквально бросилась ко мне.

— Макс! — Она крепко обняла меня, едва не выбив из рук бумажные пакеты с моими новыми вещами. От неё пахло привычной уверенностью и каким-то неуловимым, спокойным счастьем. Отстранившись, она внимательно оглядела меня с ног до головы, словно строгая старшая сестра. — Выглядишь потрясающе. Осанка — просто загляденье. Брюс сказал, что только сегодня снял с тебя этот жуткий панцирь.

— И я теперь снова могу дышать свободно, Пеппер, — искренне улыбнулся я. — Рад тебя видеть. Как Пекин?

— О, это было долго, очень нервно, но оно того определённо стоило, — она перевела взгляд на Капитана и тоже тепло обняла и его. — Привет, Стив.

— Мисс Поттс, — Роджерс вежливо кивнул, улыбаясь краешками губ. — Рад, что вы благополучно добрались.

Я огляделся по сторонам, демонстративно заглядывая за спинку дивана и под журнальный столик. Мало ли что.

— Так, я не понял. А где наш главный пациент? Только не говорите мне, что он сбежал из самолёта на парашюте, чтобы не пить таблетки.

Пеппер закатила глаза и выразительно фыркнула.

— О, он здесь. Буквально минуту назад был. Но как только мы переступили порог, он заявил, что у него «внезапные неотложные дела колоссальной важности», и умчался в мастерскую. Подозреваю, что эта «колоссальная важность» — это поиск тебя, Макс. Ему не терпится похвастаться своей грудной клеткой без реактора.

Я рассмеялся, покачав головой. Ничего не меняется. Тони Старк, только что перенёсший тяжелейшую операцию на сердце, вместо того чтобы лежать в постели с куриным бульоном, уже лезет в гараж к железкам. Смех смехом, но время немного поджимало. Я перехватил пакеты поудобнее и обвёл взглядом присутствующих. Улыбка сошла с моего лица, уступая место спокойной сосредоточенности.