Пеппер горько усмехнулась и бросила взгляд на кухонный стол. Только сейчас я заметил два герметичных термоконтейнера из дорогого ресторана — она, видимо, разогрела их до моего прихода и собиралась отнести вниз. Она посмотрела на контейнеры, потом на пустую сковородку из-под нашей яичницы. Тяжело вздохнув, Пеппер махнула рукой.

— Знаешь, ты прав. Тони не маленький мальчик. Захочет есть — сам поднимется. У меня через двадцать минут видеоконференция с Японией, а мне ещё нужно переодеться. Она грациозно соскользнула с барного стула, одёрнув юбку-карандаш, и искренне, тепло улыбнулась мне.

— Спасибо за завтрак, Макс. Это действительно было спасительно. Хорошего рабочего дня.

— И тебе не загнуться в офисе, Пеппер, — я салютовал ей полупустой кружкой чая.

Допив свой чай, я быстро загрузил сковородку и доску в посудомойку, протёр столешницу и, подхватив рюкзак с инструментами, направился к лифтам. Пора было спускаться к Лукасу и Риду на пятнадцатый этаж — у нас там намечалась пересборка сгоревшего кластера.

Спустя буквально пятнадцать минут после того, как лифт увёз меня вниз, двери другой шахты — ведущей из личных лабораторий Старка — с тихим шелестом разъехались. Из кабины, активно жестикулируя, вышли Тони Старк и Брюс Беннер.

Тони выглядел так, словно его пропустили через центрифугу: всклокоченные волосы, тёмные круги под глазами и заляпанная машинным маслом футболка. Брюс, напротив, выглядел чуть более отдохнувшим, хотя мешковатая одежда и лёгкая сутулость выдавали в нём человека, привыкшего прятаться. В кои-то веки доктор Беннер улыбался — доступ к лучшим лабораториям планеты, абсолютная тишина изолированного крыла и тот факт, что Щ.И.Т. больше не дышит ему в затылок, явно пошли на пользу.

— ...я тебе говорю, Брюс, гамма-излучение от Тессеракта имеет нестандартную длину волны! Если мы сможем инвертировать полярность в спектрометре, мы получим... — Тони осёкся на полуслове, резко остановившись посреди гостиной.

Он повёл носом, принюхиваясь, словно охотничья собака. Брюс, шедший следом, тоже остановился. Под его очками блеснуло удивление. В идеально стерильном, кондиционированном воздухе пентхауса плотно и отчётливо висел густой, тяжёлый аромат жареного бекона, яичницы, оливкового масла и специй. Тони медленно повернул голову в сторону кухонного острова. На столешнице одиноко стояли два нетронутых пластиковых контейнера с диетической едой из ресторана.

— Джарвис, — голос Старка прозвучал подозрительно тихо. — Что это за запах? Только не говори мне, что Пеппер пыталась готовить. В последний раз, когда она подходила к плите, мне пришлось вызывать пожарных.