— Можно. Ты спрашиваешь — я отвечаю. Голых фотографий у меня нет. Под твою юбку я тоже не снимал.

— Какая предусмотрительность.

— Голой я хочу видеть тебя вживую. И только после твоего разрешения.

Его взгляд медленно проходит по моей блузке, талии и задерживается на бёдрах.

— Хотя фантазия уже справляется.

Жар опускается ниже живота.

— Прекрати, пожалуйста.

Стас издает смешок, садится напротив и складывает руки на груди. Он действительно замолкает.

Я снова беру телефон.

Дальше идут обычные снимки. Я отвечаю у доски. Пью кофе возле автомата. Иду по двору под сломанным зонтом. Сплю на сложенных руках в пустой аудитории, рядом лежит открытый кодекс. Поправляю волосы перед зеркалом в холле. Спорю с каким-то парнем возле деканата.

— Это кто? — спрашиваю я.

Стас наклоняется к экрану.

— Антон.

— Какой Антон?

— С четвёртого курса. Выпустился в прошлом году.

Я вспоминаю высокого парня, который несколько раз предлагал помочь с конспектами. Потом он внезапно перестал со мной здороваться.

— Ты и его отогнал?

— Он сам ушёл.

— После разговора с тобой?

— После короткого.

— Что ты ему сказал?

— Что ты не любишь навязчивых мужчин.

— А он был навязчивым?

— Он хотел позвать тебя на свидание.

— Это не ответ.

— Мне хватило.

Я кладу телефон на стол.

— Ты не имел права вмешиваться.

— Согласен.

Я несколько секунд молчу, ожидая продолжения.

— Согласен? — повторяю недоверчиво.

— Сейчас — да.

— А тогда?

— Тогда я хотел сломать ему челюсть за то, что он стоял рядом с тобой.

Голос остаётся ровным. От этого слова звучат серьёзнее.

— Ты даже со мной не разговаривал.

— Это не мешало ему меня раздражать.

— Стас, люди не принадлежат тебе только потому, что понравились.

— Знаю.

— Складывается другое впечатление.

Он смотрит прямо на меня.

— Два года назад я знал меньше.

— А сейчас?

— Сейчас ты объясняешь очень доходчиво.

В его голосе появляется лёгкая усмешка, но взгляд остаётся внимательным.

— Больше не вмешивайся в мои знакомства, — говорю я. — Я сама решу, с кем общаться.

Челюсть Стаса напрягается.

— Если мужчина услышит твоё «нет», я его не трону.

— Тебе вообще не нужно никого трогать.

— Этого обещать не стану.

— Почему?

— Потому что некоторые понимают только после первого удара.

— Есть охрана, преподаватели и полиция.

— Они приезжают позже меня.

— Я способна попросить о помощи.

— Попросишь — помогу.

— Речь сейчас не о тебе.

— У меня всё о тебе, крошка.

Я отвожу взгляд.

Вот так он и делает. Говорит что-то ужасное, затем добавляет одну фразу, после которой сердце перестаёт соблюдать нормальный ритм.

— Итак, — возвращаюсь к главному, — ты не вмешиваешься, пока я сама не попрошу.