— Ну что плату, что плату — пожал плечами купец — обычная плата!

Он сделал очень честные и правдивые глаза, после чего я сразу заподозрил, что сейчас меня будут разводить на бабки.

— Кормёжка, и десять монет, когда мы прибудем в город. Если будет нападение и ты его отобьёшь — двадцать монет, если при этом будешь ранен, но отобьёшь — лёгкое ранение — тридцать монет, тяжёлое пятьдесят.

— Увеличивай всё в два раза, и по рукам — ответил я уверенно. (Варган мне рассказал примерные расценки, и они были раза в три больше, чем назвал мне купец. Но я не собирался особо задирать цену — всё равно шёл в город, а так и на транспорте, да и деньги лишними не будут.)

Купец попытался торговаться, но я, с каменным выражением лица, только отрицательно поводил головой и он, наконец, сдался.

— Ладно, Мурак с тобой! Надевай свою броню, да внимательно следи за окрестностями. Говорят, неделю назад, Арнука ограбили в двух часах езды отсюда, тут стало неспокойно. Всякого безстатусного сброда развелось, как червей! Хмм…а у тебя есть статус? Нет? Впрочем — наверное ты собираешься его в городе получить, вы, акома, всегда так делаете. Какой, примерно, у тебя статус, как ты себя оцениваешь?

Я покосился на грудь купца и увидел пять звёздочек — довольно высокий статус для простого, не знатного человека и уверенно ответил:

— Выше, чем у тебя.

— Я так и думал! — удовлетворённо воскликнул купец — вы, акома, всегда славились воинским умением. Что, на жену зарабатывать собрался? — хохотнул он, и тут же примолк, увидев, как я нахмурил брови — ладно, ладно, твоё дело. Давай скрепим договор, и поедем — время не терпит, к вечеру мне надо добраться до постоялого двора у въезда в город, а утром в порт.

Я запрыгнул на повозку, мы с купцом плюнули на свои ладони и хлопнули по запястью «партнера» — так здесь скрепляли договор. Потом я с отвращением вытер руку о штаны — дикий мир диким миром, но моя нежная интеллигентная натура не выносила некоторых обычаев этого самого мира — брезглив-с. Знаю, что от некоторых понятий цивилизации, таких как гигиена, здесь пора бы мне избавиться, но ничего не могу с собой поделать.

Итак, договор был скреплён. Надел свою броню, повесил на руку щит, и повозка снова медленно запылила по дороге. Я старался идти немного в стороне и впереди повозки, чтобы не задохнуться в облаке пыли, которое она поднимала — красноватая почва джунглей, в которой была выбита дорога, истолчённая сотнями тысяч колёс огромных повозок, представляла собой тонкой как пудра слой пыли, в которой ноги тонули едва ли не по щиколотку. Пыль была горяча, и казалось, что ноги погружаются в слой горячей воды.