Выстеленный галькой-черепашкой берег был усыпан кучами различного барахла — бочками с маслом, кусками обшивки, всей той ерундой, что раньше хранилась на корабле или являлаась его частью, а потом была безжалостно выброшена на землю, как содержимое рваного кошелька.
Поддон тупо ударился о дно возле берега, мы встали на ноги и шатаясь вышли из воды. Вот так мы и ступили на землю вожделенного Арзума.
Солнце грело левую щёку, и вставать ужасно не хотелось — после ночных душевых процедур на голой скале рифа очень уж влом просыпаться. Однако сквозь сон мне слышались голоса…и это были не голоса нашей команды. Тревога!
Я разомкнул глаза и увидел рядом с нами на прибрежной гальке толпу вооружённых людей, которые что-то негромко говорили, глядя на нашу живописную группу, вольготно расположившуюся на берегу под дневным солнышком, и сопевших носами как младенцы.
Не очень доброго вида вояки говорили на арзумском языке (их было около десятка), и тех знаний, что я впитал по время плавания, почерпнув их у Рункада, мне хватило, чтобы понять: бравые ребята оживлённо решали — то ли нас убить и ограбить, то ли вначале ограбить, потом убить, то ли ограбить и взять в рабство.
Все варианты мне не нравились, а потому я поспешил с негодованием их отринуть, о чём ясно проинформировал прибывших «спасателей»:
— Господа! Я хочу вас предостеречь от необдуманных шагов — не хочу кровопролития, но если кто-то из вас попытается причинить нам вред, или попытается взять нас в рабство — вы умрёте. Я достаточно ясно выразился на вашем языке?
Вперёд вышел один из бойцов, лет около сорока пяти возрастом, довольно высокий — даже для машрумцев детина с неприятным, корявым лицом и с ухмыляясь выдал, весело поглядывая на своих соратников:
— Всё, что выбрасывает море на этот берег является нашей собственностью. Значит — вы тоже наша собственность. Женщины очень хороши, потому будут ценным приобретением для нашего лорда. Если ты, вонючий коротышка, попытаешься нам противиться, то ты, бахвал проклятый лишишься не только своего глупого языка, но ещё и головы! Ты понял меня — гриб ты недоросший?
Замечание про гриба меня сильно раздосадовало, потому я сделал шаг вперёд и придерживая левой, уже почти здоровой рукой ножны меча, с шелестом выдернул его из них и сделал шаг вперёд, одновременно совершив молниеносное круговое движение, срезав с макушки здоровяка клок волос вместе с кожей.
Я надеялся, что лёгкое скальпирование пойдёт ему на пользу и внушит правильные мысли о законах гостеприимства и приёма потерпевших крушение. Увы. Моё действие произвело противоположный эффект — этот злостный гражданин, выхватил свой меч и с криком: «Он меня ранил! Бей этого урода! Вали коротышку» ! — напал на меня со всей прытью, которую можно было ожидать от этого испорченного алкогольными и другими излишествами тела.