Всю дорогу к рынку я думал о моих отношениях с Рилой, о моём будещем с ней — если таковое будет. Она мне очень нравилась — своей неуёмной энергией, искренностью, мужскими чертами характера — в ней не было видно слабины или подлости. Однако раздражала она меня иногда просто невероятно — бесцеремонно вмешиваясь в мою жизнь, настойчиво требуя от меня того, что мне не нравится, безапелляционно рекомендуя какие-то действия или навязывая своё мнение по некоторым вопросам. Пока я спускал это ей с рук, но скоро с таким положением дел надо будет что-то делать, иначе она точно меня подомнёт, как подмяла своего незадачливого отца.

Я и раньше замечал у женщин, волею судеб поставленных на руководящие должности такую черту — они всегда правы, они не подлежат критике, они знают всё на свете и лучше всех знают, кому как поступать во всех перипетиях жизни. Таких женщин я сторонился — впрочем, для таких бизнес-леди я и сам не вызывал совершенно никакого женского интереса. Я же не стриптизер «Тарзан», чтобы потрясать женщин своими статями, снимая трусы-стринги на сцене ночного клуба. Обычный менеджер — рыхлый и нескладный, пройдешь мимо и не заметишь.

Впрочем — теперь я внешне выглядел ничуть не хуже того же самого «Тарзана», а если бы мне пришлось встретится в бою с таким качком — он бы умер не позже чем через половину секунды. Специальные тренировки в течение полутора лет, практически каждый день, определенно могут сделать из увальня машину для убийства. А кроме того — я же ещё не просто человек, которого шибко натренировали, я симбионт, сложная система, аналогов которой на Земле нет и никогда не было. Наверное — не было.

Что касается Рилы и её семьи — чисто технически мне было очень удобно иметь некую базу, на которой можно всегда отлежаться (Прямо-таки по Фрейду подумал! На ком отлежаться?), получить консультацию и помощь, но я понимал, что за это тоже придётся платить — если не деньгами, то частью своей свободы и независимости.

Но так уж по честному разобраться — свободны ли мы полностью в нашем мире? Всегда есть те, кто от тебя зависит, и кого ты не можешь покинуть на произвол судьбы Те, кому ты дорог, и те кто дорог тебе.

Как там сказал мерзавец Маркс, незаслуженно забытый в наше время попсы и кока-колы? «Свобода есть осознанная необходимость».

То есть — я свободен уйти, забыть Аргану и Рилу, оставить их всех и наслаждаться жизнью. Я легко могу устроиться в этом мире, со своими способностями и умением выживать, вот только буду ли я после этого тем же Василием Звягинцевым, потомком донских казаков и раскулаченных крестьян? Предавать никого нельзя, и уж себя — в первую очередь.