— Вы видите? — тихо спросил он.
— Да, — выдохнула я, не в силах отвести взгляд. — Вы… светитесь. Серебристым. И тёмным одновременно.
— Это ваша интерпретация, — он сделал шаг назад, и свечение вокруг него колыхнулось. — Магическое зрение субъективно. Каждый маг считывает энергию через призму собственного дара. Для вас это цвета и формы. Для другого — звуки или текстуры. Важно не то, как вы видите. Важно, что вы видите.
— Магическое зрение — это инструмент, — произнёс он, и в его голосе зазвенела сталь. — Я не буду использовать тёмную материю. Только базовые стихийные конструкции. Ваша задача — защищаться и отвечать. Воздух — ваша стихия. Покажите мне, что вы умеете.
— А если я не умею? — спросила я, чувствуя, как усталость отступает перед адреналином.
— Тогда вам придется научиться быстрее, чем вы планировали.
Он не дал мне времени на раздумья. Рука Лира метнулась вперёд, и в мою сторону рванул поток сжатого воздуха — плотный, быстрый, точный. Я инстинктивно выставила ладонь, перехватывая его своим потоком. Удар столкнулся с моей защитой, и меня отбросило на полметра назад. Сила. Чистая, отточенная, подавляющая.
— Не блокируйте. Перенаправляйте, — бросил Лир, посылая второй импульс.
На этот раз я не ставила стену. Я закрутила воздух вокруг его атаки, увлекая в сторону. Поток прошёл мимо, разрезая воздух с шипением.
— Лучше, — коротко кивнул он. — Теперь атакуйте.
Я собрала поток, сжала его в ладонях и выпустила резкий, направленный порыв. Лир даже не пошевелился — вокруг него вспыхнул невидимый барьер, и мой воздух рассеялся о него, как вода о камень.
— Слабо. Вы атакуете линейно. Думайте объёмно.
Я стиснула зубы. Снова. На этот раз я не стала бить в одну точку. Я разделила поток на три рукава: центральный — отвлекающий, два боковых — закрученные в спирали. Они обрушились на Лира одновременно. Барьер дрогнул. Не пробился, но дрогнул.
В глазах Каспиана промелькнула тень удивления.
— Ещё, — скомандовал он.
Я ударила снова. И снова. С каждым разом поток становился плотнее, быстрее, горячее. Я не замечала, как усталость сменилась азартом, как дыхание стало рваным, как мышцы забыли о боли. Воздух вокруг меня гудел, вибрировал, подчиняясь.
И тогда я заметила.
Лир на мгновение замер. Его взгляд скользнул по моим рукам, по воздуху вокруг меня, по тому месту, где мой поток соприкасался с его барьером. Что-то в его глазах изменилось. Не одобрение. Не раздражение. Что-то другое. Настороженность.
— Стоп, — его голос прозвучал резко, как щелчок хлыста.
Я остановилась, тяжело дыша. Поток рассеялся.