— Выложился, — заикаясь прохрипел он, — я пуст.
— Хватит, — скомандовала я, выходя из-за него, — ты создал достаточно.
Я шагнула в сторону, перехватывая лужи с пола и поднимая их вихрем вверх. Пальцы дрожали, предплечья горели.
Мерцание аномалии внутри почти стихла. Она стала очень плотной, почти черной, бурлила и билась в прозрачной ледяной ловушки, но ледяная скорлупа держала.
— Осталось немного, — крикнула эльфийка, заметив наши передвижения.
Я кивнула, выжимая из себя последние крохи. Марк бессильно опустил руки.
Фростайн окутала сферу вьюгой. Аномалия уменьшился до размера магического шар на столе у ярморочной гадалки. Лед, обвивший ее, стал настолько плотным, казалось, сама тьма внутри невольно заряжает его силой, сглаживает его углы до о идеальной сферы.
Ещё мгновение — и шар замер. Больше не было сил, поддерживающих его, не было той страшной пульсации, что держала сгусток в воздухе. Ледяная сфера камнем рухнула на доски. Я бросилась вниз, на живот, скользнула по лужам, перехватывая падение у самого пола. Ладони сомкнулись не на льду, а на воздушной подушке, которую я предусмотрительно соткала на своих ладонях. Я боялась коснуться сферы кожей: вероятно, человеческое тепло могло расплавить хрупкий панцирь.
И тогда наступила тишина. Густая. Звенящая. Абсолютная.
Замочная скважина была слишком узкой, но через неё я чётко разглядела знакомый коридор. Тот самый, по которому мы шли к сдвиг-контуру.
Я обернулась. Марк стоял у раздевалок, привалившись спиной к облупленной стене. Хана поддерживала его за плечо. Он осушил накопительное кольцо до дна, и теперь ноги едва держали его. Так мы по парам и добирались до главного входа на полигон. Хана и Марк - девушка вела изможденного Северского под локоток. Я и сфера. Именно на мои плечи легла ответственность донести хрустальный черный шар до выхода. Интуиция шептала, что кокон надёжен: мы запаяли аномалию на века. Но страх всё равно холодило пальцы, поэтому я несла ее в “воздушных” перчатках, не смея коснуться его кожей.
А теперь я пялилась в замочную скважину, стараясь определить, безопасен ли наш обратный путь. По всем признакам после нашего визита в темном коридоре ничего не поменялось, тишина и полумрак.
Одной рукой я дёрнула ручку, шагнула за порог — и запуталась в собственных ногах. Адреналин, магическое истощение и дрожь в коленях сыграли против меня. Я не просто споткнулась. Я рухнула вперёд, вываливаясь из двери прямо на чью-то грудь.
Раздался глухой стон, тяжёлый вздох, и мы оба оказались на полу. Я — сверху. Подо мной оказался Лир Каспиан.