Вторая — сделаю так, что вышедший из себя гриф в приступе ярости моментально забудет о том, что вообще хотел у меня что-то выяснить.

В общем, ситуация стоила риска.

Да и потом — риск, как известно, дело благородное. Поэтому я рискнул.

Латина, стоящая за спиной лорда Крукса, услышав, как я с ним разговариваю, округлила глаза и замахала ладонью воле горла, явно имитируя его перерезание. При этом она активно мотала головой, а взгляд ее был полон ужаса — она явно пыталась предостеречь меня от необдуманных глупых действий.

Вот только она ошиблась. Мои действия были обдуманно глупыми.

— С вами все в порядке, господин нехороший? — продолжил я, не дождавшись никакой реакции от Крукса. — А, впрочем, мне-то какое дело? Пусть вас хоть паралич разобьет прямо тут, мне-то наплевать, ха-ха!

Мила Латина закатила глаза, опустила руку и с грустной миной покачала головой. Надо полагать, этим она показывала, мол — я пыталась спасти этого суицидника, но он сделал все, чтобы у меня не получилось.

Из-за плохого освещения в коридоре было не разобрать, что происходит с лицом лорда Крукса, и происходит ли вообще хоть что-то или он просто с каменным спокойствием выслушивает все, что я ему говорю, представляя при этом, как он меня четвертует расстрелом через повешение.

Насколько я его успел узнать — вряд ли…

И я оказался прав. Потому что, спустя несколько секунд напряженного молчания, лорд Крукс сделал длинный, чуть свистящий из-за плохо сдерживаемой ярости, вдох, и заорал на весь коридор:

— Как вы смеете так со мной разговаривать, курсант⁈

Орал он так же мерзко, как и выглядел. В небольшом каменном коридоре моментально принялось гулять гулкое эхо, а Латина отчетливо пискнула и присела, затыкая уши пальцами — настолько это оказалось неприятно. Да что греха таить — у меня и у самого в ушах немного зазвенело от этого полувопля-полувизга!

— Вы кем себя возомнили, курсант⁈ — продолжал бесноваться лорд Крукс, живо став похожим на Вилкриста. — Вы что, думаете, что раз вы — любимчик адмирала, то вам теперь все можно⁈ Вы думаете, что вам теперь никакие правила не писаны⁈ Что вы неприкосновенны⁈ Что можете говорить все что вдумается и кому вздумается⁈ Так вот, я вас разочарую — несмотря на всю вашу не пойми откуда взявшуюся уверенность, вы были, есть и всегда останетесь лишь никому не известным простолюдином, который каким-то чудом, возможно, даже обманом проник в ряды доблестной Морской Стражи с неизвестными целями! А я — лорд Персиваль Крукс семнадцатый, кавалер третьей морской Звезды и ордена беспокойного моря, приказчик Академии Морской Стражи, и никто не смеет говорить со мной подобным тоном! И вы, курсант, будете за это наказаны!