Оба призрака посмотрели друг на друга, монах уныло кивнул абреку, тот пожал плечами и подтвердил: да, а что такого, память — дело хлипкое, с живыми людьми никогда не угадаешь, вдруг завтра еще хуже будет? Спустя пару минут старик Периньон зачитывал рецептуру на латыни, а я автоматически переводил ее на современный русский.
— Огромнейшее спасибо вам обоим, господа, — признал я, закончив письмо. — Благодаря вашим общим усилиям смею быть уверен, что славе шампанских вин России быть!
— Этого недовольно, — нахмурился старик, обеими руками поправляя монашеский капюшон. — Раз уж я и участвую в этом деле, то требую, чтоб известность их шагнула далеко за пределы вашей варварской, но невероятно огромной страны!
— Я постараюсь.
— Еще бы, молодой человек! Ибо за вас стоит сам старина Периньон, — лысый тучный монах дружески хлопнул черкеса по спине, подмигнул нам, перекрестился на католический манер и исчез, словно бы его и не бывало.
— Брат мой, не забывай обо мне…
И по сей день я знаю, мне не кажется, что тот безымянный для меня абрек продолжал являться мне в самые опасные часы жизни моей. И значило ли сие, что мы имеем разговор исключительно со странным призраком, а не вдруг с тайным помутнением моего рассудка? Ученые умы скажут нам правду, но я, в отличие от них, знаю истину…
По крайней мере, запись ликера Периньона лежала передо мной. Та самая, и наутро мы использовали тайный рецепт на первой партии крымского шампанского.
Часов однообразный бой,
Томительная ночи повесть!
Язык для всех равно чужой
И внятный каждому,
Как совесть!
Ф. И. Тютчев
…Напомню несведущим: французское шампанское фирмы мадам Клико стало популярной маркой в России после Отечественной войны тысяча восемьсот двенадцатого года. Разумеется, русское дворянство пробовало его и раньше, но самый бум пришелся именно на послевоенные годы.
Кто-то даже придумал устоявшуюся легенду о том, что, когда мадам Клико было доложено, что русские громят (!) ее склады и пьют шампанское бочками (!), она якобы спокойно ответила:
— Пусть привыкают, они все заплатят потом.
Уверен, что сие — красивая сказка, но не могу не признать, что французские шампанские вина «Моет» или «Периньон» продавались в России по цене порядка двенадцати рублей за бутылку! «Клико» можно было найти и по семь-восемь. Но сравните, что цена хорошего обеда на одну персону в дорогом купеческом ресторане не поднималась выше трех рублей. В то же время на стол для компании ставили (за отдельную плату), как правило, дюжину шампанского! Или две…
Моя же цель была представить наши русские вина дешевле, качественнее и доступнее европейских. А после получения тайной формулы ликера монаха Периньона мы наконец смогли приступить к выпуску первых научно выверенных, обоснованных и дерзких шумных вин Парадиза!