В этом волнении, в этом сиянье
Весь, как во сне, я потерян стою —
О, как охотно бы в их обаянье
Всю потопил бы я душу свою…
Ф. И. Тютчев
…Я покинул столицу с твердым убеждением в необходимости менять саму культуру нашего пития. Уверен, что любой россиянин, воспитанный на потреблении натурального вина, к той же водке или паче самогону деревенскому и близко не будет подвержен. А сколь быстро водка оскотинивает человека — смотреть страшно…
В сотый раз повторяю, что для Отечества нашего было бы многократно выгоднее — как финансово, так и в плане оздоровления нации — перейти на красное или белое вино! И разумеется, в умеренности потребления! Однако же в качестве первых шагов хотя бы значительно сократить потребление в абсолютно ненормальных количествах тех же сорокаградусных спиртов или всех производных оных…
…И вот уже нагруженный договорами, планами, заказами и перспективами добрался я морем прежде до Феодосии, где славно отдохнул, закусив султанской барабулей, и двинулся на извозчике далее, минуя Судак, долгой объездной дорогой к милому сердцу моему Парадизу.
В то же время поверенные мои открывали первый магазин крымских вин в Москве. И пусть специально цены были назначены самые что ни на есть низкие, но мечта моя о предоставлении всякому русскому человеку натурального вина постепенно исполнялась.
Мне же следовало, приведя в порядок дела на местах, подготовиться к Всероссийской выставке, где требовалось убеждать уже не просто знатоков, но международных экспертов в превосходстве крымского вина над всяким иным.
Не буду врать, что конкурс дался нам легко, потому что победить торговые дома Грузии и Молдавии, десятилетиями наполнявшие российский рынок своей продукцией, было непросто. Подчеркну: не потеснить на Олимпе, а грозной рукой взять первое место!
Не хочу отвлекать вас долгим и специфичным рассказом о том, как мы это сделали, как высокая комиссия признала наши достоинства и вручила заводу «Парадиз» высшую награду выставки — золотую медаль! Вина «Черная смолка» и «Красная смолка» открывали мне новую дорогу вверх, к иным свершениям!
Но какой ценой…
Дело в том, что в погоне за славой русского виноделия я потерял первую любовь своей жизни, спутницу и подругу мою Надежду Засецкую. Пути наши разошлись бесповоротно, она уехала от меня за границу, увезя с собой нежно любимых дочерей моих — Наденьку и Софьюшку. Я простил, и не будем поминать старое…
Имение осталось на мне, а чтобы выкупить его целиком, мне пришлось потратить большие деньги. Уговорить ее брата продать мне вторую часть казалось невозможным, но, после того как ему семь ночей кряду не давали спать два призрака: один — горячий горец, другой — нудный монах, — бедолага сдался. Что не помешало ему заломить существенную сумму, но тут уже уступил я.