— И здесь то же самое. Не лицемерие требуется, а правда. Сделал подлость? Или ты ее отработаешь, или она к тебе вернется. А не к тебе, так к твоим детям.

Анна поежилась.

— Я такие истории знаю. И не одну… была у меня знакомая. Вот, дед ее как раз в ЧК работал. Сколько уж он людей погубил безвинно, сколько крови пролил — не ведаю, но жили они всегда очень богато. И поверь, побаивались их семью не просто так.

— И что с ними потом случилось?

— Ничего. Нет их. Ни семьи, ни рода. И это было больно. А кричи, не кричи… может, если бы она сообразила, что надо делать, начала бы хоть как-то грехи исправлять… да не на церковь жертвовать, не коленки протирать в храме, или там лбом из пола плитку выбивать, а постаралась найти кого из пострадавших от ее деда… Или просто… да хоть бы и ребенка из детского дома взяла. Глядишь, и повернулась бы судьба другим концом.

— Понимаю…

— Или другой случай. Среди наших прихожан есть женщина. Она одинока. Вообще… ни семьи, ни детей, ни родных, ни близких. Никого. Так она всю жизнь на кошек и собак бездомных положила. Подбирает их, лечит, пристраивает.

Анна оценила.

— Не так давно у нее инсульт случился. При других обстоятельствах валяться бы ей — никто бы до смерти не нашел. А тут же каждая минута ценна.

— Но ведь с ней все хорошо? — почему-то спросила Анна.

— Да как тебе сказать. У нее как раз дома три кошки было, две собаки… они такой гвалт подняли, что соседи мигом прилетели. Сначала стучали, потом поняли, что неладно, скорую вызвали, на балкон перелезли, дверь открыли — люди у нас добрые, какую бы грязь не лили политики. Притащили в больницу, там госпитализацию требуют. А как зверей одних оставить? Она в слезы… тут и пасьянс сложился. В больнице как раз девчушка лежала — на них с ребенком муж сорвался. Пьяный в лоскуты, ей идти некуда, она детдомовская, сына прикрывала, так ей самой досталось. Чудом пьяного мерзавца оттащили. Врач подумал, да и предложил им пока такой вариант. Одна от инсульта оправляется, вторая у нее живет с сыном, за животными смотрит, ну и готовит чего, приносит…

— И? — Анна слушала, как сказку со счастливым концом.

— Сейчас они втроем животных пристраивают. Бабушка, дочка и внук.

— А…

— Мужа посадили. Квартира на него была, там свекровь, конечно, распорядилась. Но им этого и не надо. Им втроем хорошо. Может, и не по крови, но у них семья.*

*- имен не называю, а история из жизни. Прим. авт.

— Это хорошо, — искренне улыбнулась Анна.

— Это жизнь. В которой все расставляется на свои места. Рано или поздно, так или иначе. Ее не подкупишь, не упросишь. Можно только сделать свой выбор, и отвечать за него. От начала и до конца. Принимать все последствия и осознавать, что это — твое. Не кара небесная, нет. Ты, своими силами, словами, руками на себя беду накликала. Не кто-то другой постарался…