— Отче, прошу вас отслужить молебен во спасение души означенного Никона, — попросила Яна. — а мы поприсутствуем.
— Как пожелаешь, чадо.
Яна кивнула.
Вся компания дружно направилась в храм.
Гришка едва на ногах стоял от ужаса.
Когда он понял, что это та… упырица! Да он едва портки не обмочил! А она анператрица!
И взаправду!
Горе тебе, Русина! Воистину, горе!!!
Гришка и собой рисковал… а она ни креста не забоялась, ни образка… за святую воду взялась!
Но ведь он сам видел!
Ее⁈
Или — не ее? Может, просто показалось?
Но в храм-то упыри заходить не могут! А эта — могла!
И в храм зашла, и святую воду приняла, и службу честь по чести отстояла… он ошибся? Или чего-то не понял⁈
Гришка ломал над этим голову, пока их не вытащили из храма на улицу. И деловито принялись заголять.
— Вы что делаете, ироды⁉ — заблажил парень.
— Императрица приказала. По пять горячих, и гнать вас из города, как собак шелудивых, — разъяснил один из казаков.
«Счастливчики» заорали, но приказ есть приказ. Пять ударов нагайкой по заднице, не особо усердствуя, и их проводили к воротам. Яна даже и не подумала появиться.
Лично она была собой довольна. Теперь никто Счастливому не поверит, хоть он на площади ори про ее супруга!
Как удачно подвернулся этот малахольный! Хотела бы — лучше б не придумала!
Любезностью за любезность?
Примерно так и подумала Яна, найдя в своей постели диверсанта. Довольного, счастливого и в обнимку с подушкой. Дрых он так крепко, что даже не проснулся от скрипа двери.
Повезло.
Если б он дернулся, Яна бы его пристрелила. Но и так… револьвер она убрала, мечтательно покосилась на таз для умывания и медный кувшин с водой, потом решила, что у диверсантов тоже нервы не стальные и попросту позвала, громко и отчетливо.
— Тор Дмитрий!
Митя открыл глаза, вспомнил, где он находится, и вернулся в сознание. Потянулся, улыбнулся.
— Тора Яна, мое почтение.
— И вам мое. Не стыдно в сапогах-то на кровать?
Митя очаровательно улыбнулся.
— Ну, я же свесил ноги!
— А покрывало все равно стирать. Уважать надо труд прачек, — попеняла Яна. Митя состроил лицо очаровательного пушистика.
— Простите, что так получилось, я больше не буду. Зато я с подарком.
— С каким?
— Прикажите разгрузить карету. Там некто тор Вэлрайо.
— ЧТО⁉
У Яны едва револьвер из руки не выпал. С детства с ней такого не случалось! Митя довольно заулыбался.
— Ага, он самый! Я вам решил его доставить, вдруг он чего рассказать захочет!
— Дмитрий! — торжественно произнесла Яна. — Я говорила, что вас люблю?
— Нет. И не надо, целее буду.
— А если по-братски? — уточнила императрица.