Я просто замер возле перил и начал ещё внимательнее осматривать двор, пока девушка опустилась перед замком на колени. Из сапога она извлекла небольшой свёрток, внутри которого обнаружился набор из нескольких десятков тончайших инструментов с закорючками на концах.

Снова дёрнув ухом, я прислушался уже к её работе. Где-то далеко лаяли собаки, на стене метрах в ста от нас сменялся караул, из открытого окна служебного корпуса доносился звон посуды, но рядом с собой я различал лишь невероятно тихие щелчки.

Движения Сюэ совсем не походили на то, что я видел в фильмах прошлой жизни – она не просто совала отмычку в замок и пыталась нащупать нужные штифты – её пальцы постоянно двигались, что-то подцепляя, поворачивая и даже подрезая…

Через несколько секунд на пол балкона упала тончайшая, почти невидимая нить – ловушка-сигнализация, я так полагаю.

Щёлк…

Сюэ сменила инструмент, ещё несколько быстрых движений – и замок поддался.

Не прошло даже минуты.

Действительно мастер. Наблюдая за работой человека, который прекрасно разбирается в своём деле, сложно остаться равнодушным, особенно когда сам в подобном не понимаешь вообще ничего.

Сюэ оглянулась и показала очередной непонятный знак, отдалённо напоминающий рокерскую козу. После этого она осторожно приоткрыла дверь и протиснулась внутрь. Я последовал за ней.

Кабинет Пэна оказался довольно роскошным и потому совершенно безвкусным. По крайней мере, на мой взгляд. Источников света не было, а тяжёлые шёлковые шторы почти не пропускали сияние фонарей со двора.

Большинство людей здесь вообще ничего бы не увидело, но и у меня, и у Сюэ была родословная ирбиса – снежного барса или снежной пантеры, называйте как хотите. Наше зрение намного лучше приспособлено к темноте, поэтому уже через несколько секунд я различал почти все предметы в комнате.

Массивный письменный стол, несколько шкафов, кресла для посетителей, жаровня возле стены и огромный гобелен с изображением самого Пэна, героически убивающего тигра.

Я прикрыл балконную дверь и занял позицию возле входа в кабинет, прислушиваясь к звукам за стенами. Слух постепенно обострился до предела, и вскоре я уже мог различить шаги гвардейца на нижнем этаже, смех служанок где-то в глубине дворца и скрип флюгера на крыше. Не очень люблю настолько обострять слух – достаточно закричать рядом со мной и на пару минут я могу оглохнуть, а при слишком громком звуке, даже сознание потерять.

Сюэ тем временем проскользнула мимо стола, подошла к гобелену и отодвинула тяжёлую ткань в сторону, а за ней находился сейф.