Как он, вообще, это всё допереть умудрился?

Я поспешил распахнуть перед ним дверь караулки; Макс из последних сил поднялся по ступенькам, побросал вещи на пол и рухнул на скамью.

— Думал, сдохну, — прохрипел он, жадно глотая ртом задымлённый воздух.

— Не удивительно, — усмехнулся я и щёлкнул пальцем по цевью его автомата. — Нормальных не было?

— А чем этот плох? — удивился Макс и поправил ремень АКСУ. — У меня «Хеклер» не больше был и ничего.

— Ну-ну. — Я закинул себе на плечо его туго-набитый рюкзак, ухватился за один из ремней палатки и скомандовал Николаю: — Хватай, давай.

Караульные без вопросов пропустили нас во внутренние помещения и даже придержали дверь открытой, пока мы затаскивали туда вещи.

Подтащив палатку к торцевой стене, я выпрямился перед толстенным пуленепробиваемым стеклом и приложил к нему командировочное. Сидевший в напоминавшей кассу или обменный пункт комнатушке охранник внимательно нас оглядел, сверился со списком и потянул рычаг. Щёлк — и открылся проход в досмотровую.

— Что-то с самого утра зачастили, — проворчал пожилой прапорщик за письменным столом. — Давайте сюда ваши мандаты.

— Ма-а-анда-а-аты… Сам ты манда-а-ат! — передразнил его контролер в испачканном машинным маслом комбинезоне, который занимал стол напротив. — Оружие к досмотру приготовьте.

Я забрал у Макса документы, пропуск отдал прапорщику, разрешение на оружие контролеру.

— Да что ты мне эти бумажки суешь? — возмутился мужичок и кинул листки обратно. — Оружие давай!

— Цель выхода за городские стены? — Прапор открыл потрёпанный журнал с заклеенной газетным листом обложкой и принялся что-то там заполнять.

— Всё в пропуске, — буркнул я, расчехлил ружьё и передал его контролеру. Макс последовал моему примеру.

— В пропуске, конечно, в пропуске. А я, может, читать не умею, — пробормотал себе под нос прапорщик и перевернул страницу.

Скучно ему здесь в четырёх стенах сидеть, вот и развлекается, как может. Сейчас ещё ничего, а что к концу смены будет?

— Ну и учился бы, а то сидишь, штаны протираешь, — немедленно отозвался техник, кисточкой нанося на пломбу какую-то вязкую массу. Я ощутил лёгкий разряд магической энергии, и пломба рассыпалась в прах.

— Я не штаны протираю, — служивый закрыл один журнал и достал другой, не менее обшарпанный, — а реализую предоставленную мне начальством возможность заработать геморрой. Это, между прочим, единственное, что здесь можно заработать.

— И не говори, — вздохнул контролер и занялся автоматом Макса.

Я раскрыл сумку и зарядил в ружьё пять винтовочных патронов и ружейный двенадцатого калибра с картечью.