Понятия не имею.

– Может, это пережиток его рабства, – сказала она слабым голосом.

– Я встречался с освобожденными рабами. Они даже близко не обладают такими силами. Скорее всего, он пошел по стопам ифритов и давным-давно отдался демонам, – его лицо перекосилось, и он посмотрел на нее, понижая голос уже до шепота. – Прошу тебя, во имя Всевышнего, скажи, что ты на самом деле не собираешься с ним бежать.

– Ты уже забыл зульфикар у своего горла?

– Я лучше брошусь в озеро, чем позволю этому чудовищу использовать мою жизнь, чтобы похитить твою. – Он покачал головой. – Нужно было сразу отдать тебе ту книгу в саду. Нужно было рассказать тебе о разрушенных им городах, об убитых невинных душах… ты бы первая вонзила нож ему в спину.

Нари отпрянула.

– Ни за что.

Она знала о кровопролитном прошлом Дары, но Али наверняка преувеличивал.

– Это была война – война, развязаннаятвоим народом. А Дара только защищал свое племя.

– Это он тебе рассказал? – Али втянул носом воздух. –Защищал… Нари, ты знаешь, за что его называют Бичом?

Липкий холодок прошел у нее по позвоночнику, но она отмахнулась от этого чувства.

– Не знаю. Но позволю напомнить, что это ты недавно ночью явился ко мне весь в чужой крови, – заметила она. – Так что Дара не единственный, у кого от меня секреты.

Али резко остановился.

– Ты права, – с решительным лицом он повернулся к ней. – На мне была кровь шафитского ассасина. Он был членом политической группировки «Танзим». Они выступают, и временами слишком агрессивно, за права шафитов и признаны преступниками и врагами государства. Я был их главным спонсором. Мой отец узнал обо всем и в качестве наказания велел мне завоевать твое расположение и убедить тебя выйти замуж за моего брата. – Он поднял темные брови; на лбу у него запеклась кровь. – Вот. Теперь ты все знаешь.

Нари поморгала, переваривая информацию. Она догадывалась, что у Али были свои цели, так же как и у нее, но все равно было обидно услышать это вот так, без обиняков.

– А интерес к моей родине и к изучению арабского… полагаю, тоже был фальшивым?

– Нет. Клянусь, не был. Несмотря на то, как началась наша дружба и что я сначала думал о твоей семье… – Али стало неловко. – Это были темные для меня месяцы. Время, проведенное с тобой… было светом.

Нари отвернулась. На его искренность было просто невыносимо смотреть. Ее взгляд упал на его окровавленные запястья, все еще скованные железом.«Он выживет, – дала она себе клятвенное обещание. –Несмотря ни на что».

Даже если для этого придется сбежать с Дарой.

Они пошли дальше. Время от времени Али метал в спину Даре недружелюбные взгляды.