– Все нормально, – солгал он, когда Джамшид помог ему подняться на ноги.

Мунтадир смотрел на него как на сумасшедшего.

– О чем ты думал, черт тебя побери?

Али прерывисто вздохнул.

– Думал, что, если ты съездишь Бичу Кви-Цзы по физиономии сразу после того, как прилюдно оскорбил его бану Нахиду, он порвет тебя на конфетти. – Али прикоснулся к опухающей челюсти. – Неплохой удар, – похвалил он.

Джамшид обыскал взглядом толпу и положил руку его брату на запястье.

– Он ушел, эмир, – сообщил он вполголоса.

Скатертью дорога. Али потряс головой.

– О чем это он говорил? Про Хансаду… никогда не слышал, чтобы бывший раб мог читать желания других джиннов. – Он взглянул на куртизанку. – То, что он говорил… это правда?

Она сердито хлопала глазами, меча молнии, но не в Али.

А в Мунтадира.

– Не знаю, – процедила она. – Может, спросишь у своего брата?

Не говоря больше ни слова, она расплакалась и убежала.

Мунтадир выругался.

– Хансада, стой!

Он бросился вдогонку за своей любовницей и скрылся в глубине дома.

Совершенно сбитый с толку, Али перевел взгляд на Джамшида, надеясь хоть на какое-то объяснение, но капитан упорно смотрел в пол, странно зардевшись.

Али решил выбросить из головы романтические приключения брата и взвесить свои дальнейшие шаги. Его так и подмывало снарядить гвардейцев на поиски и арест Афшина. Но за что его арестовывать? За пьяный спор из-за женщины? Тогда можно половину Дэвабада в темницу бросить. Афшин не ударил Мунтадира, даже не оскорбил его, по сути.

Не будь дураком. Али принял решение. Он щелкнул пальцами, привлекая внимание Джамшида. Он понятия не имел, почему капитан вдруг так разнервничался.

– Джамшид? Дараявахауш гостит у вас дома, так?

Джамшид кивнул, все еще избегая смотреть Али в глаза.

– Да, принц.

– Ясно. – Он хлопнул Джамшида по плечу, и тот аж подскочил. – Ступай домой. Если до утра он не вернется, поставь Цитадель в известность. А есливернется, передай ему, что завтра его ждут в придворном собрании для разговора о том, что произошло тут сегодня. – Он помедлил и нехотя добавил: – И расскажи отцу. Я помню, что Каве предпочитает первым узнавать обо всех делах Дэвов.

– Сию минуту, принц.

Ему явно не терпелось смыться.

– И, Джамшид…

Джамшид наконец встретился с ним взглядом.

– Спасибо тебе.

Джамшид только кивнул в ответ и поспешил прочь. Али сделал глубокий вдох, старательно игнорируя острую боль. Дишдаша намокла и прилипла к животу, и, когда он прикоснулся к ней, его пальцы испачкались кровью. Наверное, разошлись швы.

Он поправил черный кафтан на себе так, чтобы спрятать кровь. Если бы час был дневной, он бы тайком разыскал Нари, но пока он доберется до лазарета, будет уже около полуночи, и бану Нахида будет спать в своей постели.