Около дюжины Дэвов, среди которых были мужчины и женщины, ожидали у купели. Облаченные в длинные красные мантии и подпоясанные лазурными шнурками, все были с непокрытой головой, как и Джамшид, – кроме одного старика, чей лазурный остроконечный колпак был высотой почти в половину его роста.

Нари обвела их настороженным взглядом, чувствуя нервное волнение в животе. В лазарете она и так все время чувствовала себя неудачницей, но там свидетельницей ее провалов была только Низрин. Стоять сейчас здесь, в храме предков, где ее встречали как духовную наставницу, – вот что было по-настоящему страшно.

Джамшид показал на альковы по всему периметру храма. Их здесь было несколько дюжин, все смастерены из тончайше выработанного мрамора, со входами, обрамленными плотными шторами.

– Это алтари, посвященные величайшим героям нашей истории. В основном Нахиды и Афшины, хотя кое-где затесались и представители менее знатных семейств.

Нари кивнула на первый алтарь на их пути. В алькове стояла внушительная каменная статуя, изображающая мускулистого мужчину верхом на ревущем шеду.

– Кто здесь изображен?

– Зэл э-Нахид, младший внук Анахид, – он показал на зверя. – Это он укротил шеду. Зэл поднялся на самый высокий пик Бами-Дуньи, горных земель пери. Там он нашел стаю вожаков шеду, сразился с ними и покорил их. На крыльях они донесли его до Дэвабада и остались на многие поколения.

Нари удивленно распахнула глаза.

– Он сразился с волшебным летающим львом и укротил его?

– Со стаей львов.

Нари посмотрела на следующий алтарь. Там она увидела статую женщины, облаченной в металлические доспехи, которая одной рукой сжимала копье. Ее каменное лицо было решительным, но особенно бросалось в глаза то, что женщина держала его в собственной руке.

– Иртемиза э-Нахид, – сообщил Джамшид. – Одна из самых храбрых твоих родственниц. Около шестисот лет назад она отразила нападение Кахтани на храм. – Джамшид обратил ее внимание на ряд подпалин на стене, которых Нари сначала не заметила. – Они пытались сжечь храм, согнав туда как можно больше Дэвов. Иртемиза использовала свои силы, чтобы приглушить пламя. Потом она воткнула копье в глаз принцу Кахтани, который возглавил атаку.

Нари ужаснулась.

– Прямо в глаз?

Джамшид пожал плечами, не слишком обеспокоенный этой кровавой деталью.

– У нас с джиннами сложная история. Иртемизе это дорого обошлось. В итоге ей отрубили голову, а тело бросили в озеро. – Он печально покачал головой и молитвенно сложил пальцы. – Да упокоится ее душа в тени Создателя.

Нари сглотнула. Хватит с нее на сегодня семейной истории. Она хотела отвернуться от алтарей, но, несмотря на искренние попытки игнорировать их, еще одна фигура привлекла ее внимание. Альков был увешан розовыми гирляндами и благоухал свежераскуренными благовониями, а венчала алтарь статуя лучника верхом на коне. Высокий и горделивый, он стоял в стременах, отвернувшись назад и натянув тетиву, нацелившись в своих преследователей.