— «Орлы»? — переспросил я.

— Моя команда, — с гордостью пояснил он.

Детство у него явно ещё в полном разгаре. «Орлы»… Туда же его… Наверняка у них ещё и звания есть. Хотя, глядишь, чуть подрастёт — и начнёт грабить взрослых. Не моё дело: есть у него семья, пусть они переживают, чтобы кровиночка не загремела в тюрьму.

— Луис, ты же у Альвареса в аптеке работаешь? — спросил Сагарра.

— Да.

— Там окно разбито. Мы проходили, я заметил.

— Спасибо, — вздохнул я. — Пойду, посмотрю, что можно сделать.

А ведь и правда… Почему я сразу об аптеке не подумал? Там ночевать куда удобнее, чем на земляном полу в спортзале.

Я попрощался со всеми и направился к аптеке, прижимая к груди свёрток с вещами. Ветер снова усилился, и я уже мечтал, как окажусь внутри, в сухом тепле: разденусь, вытрусь насухо… Становилось всё прохладнее. Понимаю, на улице больше двадцати градусов, но меня пробирало до костей.

Если стекло действительно разбито, придётся сперва собрать осколки, чем-то закрыть проём, вытереть натёкшую воду… Что загадывать, скоро всё увижу и так.

Проник я с черного входа. Так привычнее, да и обходить здание не надо. Смешно, конечно, рассуждать о сэкономленном десятке метров, но что есть, то есть.

Первым делом я занялся собой. Поставил на спиртовку джезву с водой — чтоб время зря не терять, потом разделся и вытерся насухо ветошью. Налил в мензурку спирт, долил сверху раствор глюкозы и выпил. Надо было чуть больше разбавить, у меня дыхание даже перехватило. Зато в животе сразу разлилось тепло. Можно бы повторить, но на голодный желудок быстро опьянею, а тут ещё дел невпроворот.

Погрыз сухарики из запасов Альвареса. Ему вряд ли сейчас до них дело, а мне хоть чем-то подкрепиться. Потом натянул аптекарский халат. Меня, конечно, можно в него дважды обернуть, но он сухой. А теперь пора за уборку приняться.

Сначала собрал осколки стекла. Хорошо, что это было не витринное, а обычное оконное — и то накопилось прилично. Всё же порезал указательный палец на левой руке, тот самый, где недавно ноготь сломал. Пришлось прерваться, залить йодом, перебинтовать. Испачкал халат кровью, но сразу подумал, что теперь это не так уж и важно.

Наступила очередь окна. Тут бы фанерой для уверенности забить, но у меня нет инструмента, чтобы выпилить кусок нужных размеров. Да и самой фанеры тоже нет, кстати. Вытащу гвоздики, на которых держалось стекло, и прибью ими картон, сложенный в несколько слоев. Хватит срам прикрыть. Надо будет — займусь этим завтра. Но не сейчас.

И тут в дверь постучали.

Я выглянул в окно — у дверей стояли двое полицейских. В нашем районе они появлялись редко, а уж в такую погоду и подавно. Оба мокрые до нитки, фуражки поблёскивали каплями дождя. Сегодня сухих на улице вообще вряд ли встретишь.