— Почему? — спросил я, хотя уже знал ответ.

— У тебя нет опыта проведения таких операций, — спокойно объяснил Пиньейро. — И уж тем более ты не руководил отрядом. Ты, Луис, отличный боец, я знаю. И ум у тебя есть. Но это совсем другой уровень. Здесь нужны не только мускулы, но и хладнокровие, опыт, способность принимать решения в экстремальных условиях. Ты пока что не обладаешь всеми этими качествами. Когда-нибудь потом — да, я верю, ты сможешь. Но не сейчас.

— Надеюсь, это будет не Фунес, — выпалил я, не подумав. Слова сами вырвались наружу.

Пиньейро бросил на меня быстрый взгляд.

— И это не твоё дело, — его голос стал чуть твёрже. — Руководить будет тот, кто нужен для успеха операции. Хочу напомнить, у нас дисциплина. Приказ есть — выполняй.

Я понял, что продолжать этот разговор бесполезно. Пиньейро не менял своих решений. Оставалось лишь попытаться смириться.

Всю дорогу я молчал, но начальник не обращал на это внимания. Курил и даже что-то напевал себе под нос.

Когда мы вернулись на службу, Барба Роха меня не отпустил.

— Давай ко мне, надо кое-что оформить.

Сначала я подписал бланк обязательства о неразглашении. Я его даже не читал — этот был, наверное, во второй сотне таких же. Через мои руки проходили бумаги начальника, в которых секретов побольше, чем в Гаване жителей. Потом Пиньейро достал тоненькую папочку, а из нее — один единственный листочек. Текста на нем не очень много — всего пол страницы, вряд ли намного больше. Но когда я его прочитал…

— Наши израильские друзья поделились, — сказал Пиньейро.

— Это сильно облегчит дело, — пробормотал я, возвращаясь к началу.

— Если окажется правдой, — остудил мой пыл Барба Роха. — Ситуация меняется, агентов там не очень много, отследить всё невозможно. Интересующие нас персоны, — они витиевато обошел слово «люди» по отношению к нацистам, — могли уехать, умереть, поменять внешность, документы. Что угодно. Будь готов к разочарованиям, в нашей работе они неизбежны.

Я кивнул, но снова и снова перечитывал фразу: «Компактные места проживания бывших высокопоставленных нацистов имеются в Кордове (города Ла-Кумбресита и Ункильо), Мисьонесе и Санта-Крусе. Весьма велика вероятность нахождения Йозефа Менгеле в районе города Сан-Карлос-де-Барилоче».

— Где оно, это Барилоче? — спросил я. — Никогда не слышал о таком.

— Где-то здесь, — ткнул Пиньейро в карту Аргентины сильно на юго-запад от Буэнос-Айреса. Полторы тысячи километров.

— Четыре дня на поезде, — прикинул я.

— Бери неделю, не ошибешься, — хмыкнул Барба Роха. — Прямого сообщения нет, пару пересадок придется сделать. Но если ты считаешь, что далеко, можешь остаться в Гаване. Как-нибудь ребята и без тебя справятся.