— Если он существует, его должно быть видно издалека. — заметил один из советников моих советников. Но кто знает…

А остроухие сами меня вынуждали к этому, создавая ситуацию, когда мне приходилось действовать резко. А всё из-за того, что высылаемые патрули клановых крысаков в окрестности их Леса на берегах Эбо/Варгиза уничтожались. Не могу сказать что все — но если хвостатые заходили под своды деревьев, то назад выходили немногие из них. А те что выбирались — либо вовсе ничего необычного не заметили, либо истекали кровью от прошивших их тела стрел. А не посылать хвостатых я тоже не мог — мало того, что было интересно узнать о том, что этот Лес из себя представляет, так и то, что эт терриоория представляла собой настоящие залежи ресурсов, столь мне необходимых. Срубив небольшую часть леса, мы теоретически получали возможность построить флот на Эбо, водить караваны и торговать с землями ондалов, Булага, заходить в великую реку Арооун и плыть далее — к морю Багаатсатхат, Изрезанному берегу.

К сожалению, наши мирные намерения не оценили по достоинству. Я был готов многое простить, даже потери в самом начале, списав их на неизбежные жертвы в процессе установления дипломатических отношений. Ведь так часто говорят, что дипломатия — грязное дело. Но когда после того, как мои послы, зашли в Лес, их изувеченные тела обнаружили неподалеку от лагеря — выпотрошенные, с нераспечатанными посланиями, зажатыми в челюстях. Это было не просто оскорбление, это было эдаким плевком. Я понял, что эльфы обнаглели.

Людям когда-то каким-то образом удалось основать на побережье, в окружении Леса свою колонию/анклав — Матейриан. Ходили слухи, что тогда им это удалось то ли из-за поддержки эльфов в какой-то войне, то ли из-за сильного флота, которым эльфов взяли в осаду лет на сто, то ли сумасбродный остроухий вельможа таким образом выкупил кого-то из своих родичей из плена.

У нас не было ни достаточного флота, эльфы говорить с Протекторатом вообще не собирались — даже на бой их не вызовешь — они и на глаза-то не стремились попадать и как говорили, только порой можно было увидеть мелькание их тел среди листвы.

Тщательно изучив архивы Глаттершталя и Аранда, мы не нашли ни одного упоминания о масштабных сражениях, в которых участвовали лесные эльфы. Казалось, они предпочитали избегать открытых столкновений, действуя скрытно и избирательно. Однако те, кто пытался захватить их владения, вскоре убеждались в том, что эльфы были куда опаснее, чем казалось на первый взгляд. Вторгнувшиеся в лес отряды исчезали один за другим, и лишь немногие возвращались, да и то в таком состоянии, что их едва можно было узнать. В урезанном, в прямом смысле, виде. Слухи и легенды рассказывали о том, что эльфы были искусными лучниками, способными поразить цель с невероятной точностью даже в густой чаще. Кроме того, они владели магией, позволяющей им сливаться с природой и становиться практически невидимыми. Говорили и о том, что умеют оживлять свои леса, которые так же сражалась за них.