– Не неси ересь, – я резко перебил её, пытаясь перевести тему. – Ты лучше скажи, как сама? Нога сильно ноет?

– Ну, терпимо, – она легко подхватила новую тему, хотя азарт в глазах не погас. – Передвигаться на костылях – то еще удовольствие, чувствую себя перевернутым крабом. А в остальном – всё хорошо.

– У тебя вечно «всё хорошо», других состояний не предусмотрено?

– Конечно! – она улыбнулась во все тридцать два зуба. – Позитивное мышление. Только так и живем.

Она замолчала, внимательно рассматривая меня. Ее взгляд, медленный и изучающий, прошелся по моим рукам, задержался на предплечьях и поднялся к плечам. В комнате стало слишком тихо.

– Знаешь... я только сейчас заметила. Ты вообще-то очень похож на этого нового «героя». Если вас сравнить... ну, чисто по телосложению... – она прищурилась. – Вы очень похожи. Ты в последнее время как-то раздался в плечах, да и двигаться стал по-другому. Так основательно... Не знаю, как объяснить, такое ощущение будто ты весишь тонну.

Сердце пропустило удар. Моя выдержка едва не дала трещину. Я почувствовал, как мышцы непроизвольно напряглись.

– Ага, – я выдавил из себя саркастичный смешок, стараясь придать лицу максимально скептическое выражение. – Еще скажи, что у меня в шкафу висит черный костюм, а днем я только и делаю, что охочусь на психопаток. Мне же больше заняться нечем, а заказы сами собой пишутся, да?

– Э-э-э... Ну да. Наверное, бред, – она хихикнула, явно довольная моей реакцией. – Ты слишком ленив для спасения мира. Тебя-то из дома вытащить тот ещё подвиг.

– Вот именно. Ладно, что еще расскажешь? – я внутренне выдохнул, но в голове уже зажегся тревожный сигнал: она начинает сопоставлять детали. Нужно быть еще осторожнее.

Мы проговорили до самого вечера, бесцельно перебираясь с кухни в её комнату и обратно, обсуждая какую-то бытовую чепуху, которая сейчас казалась мне бесконечно далекой, почти чужой. Я попрощался за пару минут до прихода её родителей, стараясь избежать лишних вопросов, и отправился домой.

***

Тренировки на время пришлось остановить. Старые места больше не могли дать нужной нагрузки, а риск быть замеченным со временем только увеличивался. Тело требовало настоящих нагрузок, которое Земля больше не могла мне дать.

Выйдя на балкон, я посмотрел в бездонное ночное небо. В этот миг мне больше всего на свете хотелось просто сорваться с места, прошить облака, атмосферу и улететь в глубокий космос. Долететь до Юпитера, чтобы там, под сокрушительным давлением штормов газового гиганта, тренироваться в полную силу. Только там я мог проверить свои пределы, не боясь что-то сломать или кого-то убить.