— Да что тут не понять, — хмыкнул я. — Ладно, завтра забираем цеп и идём в Летику.
Когда я собрался натянуть плотную рубаху, которую носил поверх кольчуги, мой взгляд за что-то зацепился, и я на мгновение остановился, пытаясь понять, что же именно привлекло моё внимание. Понял сразу: рубаха была тёмно-серой, и грязь на ней была почти неразличима, но сейчас никакой грязи не было — рубаха оказалась совершенно чистой. Мне стало стыдно — о том, чтобы постирать свои походные вещи, следовало бы позаботиться самому.
— Спасибо, Арна, за чистую рубаху, — благодарно сказал я.
— Да не за что, — улыбнулась она. — Не сама же я её стирала. Отдала прачке.
— Спасибо за то, что ты об этом подумала.
Арна зарделась. Что-то часто она стала краснеть — уж не влюбилась ли моя княжна?
— А знаешь, что меня поразило? — заговорила она, умело сглаживая неловкий момент. — Прачка оказалась магичкой. Причём очень даже неслабой магичкой.
— Чему ты удивляешься? — пожал я плечами. — Мы уже знаем, что здесь бездарных нет. Или почти нет. К тому же готов поспорить, что эта прачка совсем не руками стирает.
— Ну, наверное, — неуверенно согласилась она. — Я всё ещё не могу к этому привыкнуть — у нас в Корусе такая магичка стояла бы чуть ли не наравне с князем.
— В каждой избушке свои зверюшки, — философски заметил я.
— Очень уж странные в этой избушке зверюшки, — вздохнула она. — Ну ладно, какое оружие ты берёшь?
— Да вот сам об этом думаю, — с досадой ответил я. — Что брать — непонятно, а тащить и то и то совсем не хочется.
— Давай сделаем так: ты возьмёшь цеп, а я понесу твоё копьё, — предложила она.
— Просто понесёшь? — уточнил я. — Помогать не будешь?
— Если будешь умирать, то помогу, конечно, а так нет, — покачала головой Арна. — Ты должен справляться сам, а не рассчитывать на мою помощь.
— Понятно, — вздохнул я.
Впрочем, зачем вообще спрашивал? Другого ответа я ведь на самом деле и не ожидал.
— А своё копьё не боишься оставлять? — спросил я.
— Боюсь, — призналась она.
— Мы можем просто небрежно кинуть его в угол прихожей, — подумав, предложил я. — Если кто-то и заберётся в дом, то ему и в голову не придёт, что это не простая сталь, и что кристаллитное копьё бросили вот так, безо всякого уважения. А рядом аккуратно поставим моё старое копьё. Чёрную бронзу сразу видно, так что если и украдут, то его.
— Да, так и сделаем, — кивнула она, с видимой неохотой натягивая свою кольчугу.
И я её неохоту прекрасно понимаю — сам уже начал ненавидеть эту железную майку. Не то чтобы меня так уж тяготило её носить — я действительно в последнее время стал гораздо сильнее, — но насколько же хорошо без неё!