— Эти условия вполне приемлемы, — сказал Прегиль, когда с моими записями ознакомились все главы Гильдий. — В отличие от ваших первых трех.

— Решайте. Как я уже сказал, торопить вас не буду, — сказал я и поднялся, заметив вошедшего в зал мага.

— Вы собираетесь уезжать?

— Хочу выспаться дома в своей постели. Когда что-то решите, пришлите мне уведомление.

Вошедший маг между тем подошел к Ульриху Адельману и протянул тому чёрный конверт.

— Это что? — с непониманием произнес Ульрих, взяв конверт, а потом подскочил, с грохотом опрокинув кресло.

За ним вскочили остальные главы Гильдий. Все взоры были обращены на мага принесшего конверт. По лицу посыльного вдруг пошли оспины. Кожа начала сворачиваться, слезать струпьями.

— Нас всех прокляли, господин Адельман, — произнес маг и харкнул кровью.

Ульрих едва успел увернуться от кровавых брызг. А принесший конверт маг замертво упал на пол.

— Конверт, не вздумайте открывать конверт! — прорычал Базилиус Прегиль.

Его яростный взгляд метнулся ко мне. Взоры остальных обратились ко мне.

— Я ничего не делал, — жестко произнес я. — Вам это прекрасно известно.

— Конверт переполняет черная магия! — Чистослав принялся выписывать защитные заклятия. — Положите его на стол, господин Адельман.

К Чистославу присоединились остальные. Ульрих осторожно положил конверт в центра стола, отступил подальше, с опаской взглянув на руки. Потом принялся выводить защитные заклинания над трупом, чтобы обезопасить остальных от заразы.

Конверт вдруг взлетел в воздух. Вокруг него возникла сотканная из заклятий защитная сфера. Он медленно разворачивался. Внутри послания не было.

Из черной пустоты конверта, словно из какой-то черной бездонной бездны вдруг зазвучал голос. Неизвестный имел еще более глубокий бас, чем Финбарр, с неприятными скрежещущими нотами.

Главы Гильдий застыли.

— Кто-нибудь понимает, на каком языке говорят? — Чистослав обвел взглядом своих коллег и остановил его на мне. — Господин Райнер-Наэр? Вы понимаете?

— Не уверен, что вам понравится то, о чем говорят, — я продолжал вслушиваться в слова.

— Переводите уже, черт бы вас побрал! — не сдержался Прегиль.

Я едва заметно дернул плечами и заговорил, стараясь не пропустить ничего, о чем вещал голос неизвестного:

— Ваше время пришло. Время умереть. И эта ваша погибель не наступит мгновенно. Нет. Я растяну это удовольствие ровно на год. Год я буду смотреть, как угасает страна, как угасают люди, как угасает ваша магия. Как все, что вы создавали, обращается в прах. Сегодня такие конверты получат тысячи магов и тысячи людей. Для каждого из них у меня подготовлено персональное проклятье. Каждый конверт раскроется, даже если рука не коснется его, каждое проклятие будет произнесено. Ульрих Адельман, глава Хайдельбергской Гидии, я…