Никто не ответил. Все молчали.
Томпсон взял указку, постучал по столу.
— Митчелл, ты новичок, но показал хорошие результаты на прошлых делах. Работаешь с Паркером. Дэйв, ты отвечаешь за опрос свидетелей и соседей. Уильямс и О’Коннор, на вас текущие дела. Моррис, ты получаешь список владельцев Форд Эконолайн темно-синего и черного цветов, годы выпуска шестьдесят восьмой — семьдесят второй. Всем ясно?
Мы кивнули. Томпсон положил указку на стол, оперся ладонями о столешницу.
— Господа, мы пока не знаем, жива эта девочка или нет. Но пока мы не знаем наверняка, работаем так, словно у нас есть шанс спасти ее. Понятно?
— Да, сэр, — ответили мы хором.
— Хорошо. Расходимся. Завтра встречаемся здесь в пять тридцать утра. Не опаздывать.
Отдав распоряжения, Томпсон выпрямился и забрал папку со стола.
— Все свободны. Идите домой и отдыхайте. Завтра будет длинный и тяжелый день.
Дэйв закрыл папку, встал и потянулся. Что-то тихо хрустнуло у него в спине.
— Митчелл, завтра поедешь со мной. Встретимся здесь в пять тридцать, выезжаем в Роквилл в пять сорок пять.
— Хорошо.
Маркус убрал блокнот в нагрудный карман пиджака и застегнул пуговицу. Тим затушил сигарету, встал, заправил рубашку в брюки. Фрэнк положил сигару обратно в пачку, допил остатки кофе, скомкал стакан и бросил в мусорную корзину у стены.
Я встал и положил портфель на стул. Теперь, выслушав обстоятельства дела, я задумался над ним, почти не осознавая, что происходит вокруг. Мозг работал на автомате, выискивая правильные варианты расследования. Я направился к двери.
Томпсон окликнул меня:
— Митчелл.
Я обернулся.
— Да, сэр?
— Я жду от тебя новых идей и побыстрее. Подключай свои творческие навыки или чему там тебя научили в Квантико. На кону жизнь маленькой девочки.
— Я понял, сэр.
Он кивнул, отвернулся и начал складывать документы обратно в папку.
Я вышел в коридор. Маркус и Тим уже шли к лестнице и разговаривали вполголоса. Дэйв застегивал пиджак и поправлял галстук.
— Митчелл, — сказал он, — мы по уши в дерьме. Это тяжелое дело. Пропавший ребенок всегда тяжело. Родители в истерике, время идет, на нас оказывается огромное давление. Нужно держать голову холодной и работать методично. Эмоции только мешают нам.
— Понимаю.
Он хлопнул меня по плечу.
— Увидимся завтра. Отдохни, если сможешь.
— Спасибо, Дэйв.
Он ушел по коридору. Я остался стоять, размышляя над линиями расследования и разными гипотезами.
Затем очнулся и отправился домой. Машину вел на автомате. Приехал, припарковался у дома. Вышел и только сейчас заметил, как потемнело небо, хотя еще рано и звезды на нем не появились. Уличные фонари уже ярко горели, желтый свет падал на асфальт.